Бесплатная консультация юриста, звоните: 8 495 877-59-95


 

Совет ФПА просят пролоббировать башкирские поправки в УК о воспрепятствовании деятельности адвоката

Поводом для обращения делегатов конференции адвокатов АП Республики Башкирия послужило заключение комиссии Совета законодателей РФ, рекомендовавшей не выносить законопроект на рассмотрение

Совет ФПА просят пролоббировать башкирские поправки в УК о воспрепятствовании деятельности адвоката

Одна из экспертов «АГ» негативно оценила заключение комиссии Совета законодателей РФ, забывшей об исключительной функции защитника. Другой поддержал законопроект о введении ответственности за воспрепятствование адвокатской деятельности со ссылкой на опыт зарубежных стран. Как сообщила пресс-служба ФПА, в беседе с президентом Федеральной палаты адвокатов РФ Юрием Пилипенко председатель Комитета ГД по государственному строительству и законодательству Павел Крашенинников сказал, что не видит препятствий к рассмотрению законопроекта.

Делегаты 17-й ежегодной конференции АП Республики Башкортостан обратились к Совету ФПА РФ относительно судьбы поправок в УК об ответственности за воспрепятствование деятельности адвоката.

«Мы, делегаты Семнадцатой ежегодной конференции адвокатской палаты Республики Башкортостан, с неподдельным возмущением наблюдали за скандалом, связанным с удалением из зала судебного заседания адвоката Адвокатской палаты г. Москвы Дмитрия Сотникова. Особое беспокойство вызывает тот факт, что подобное поведение в отношении наших с вами коллег – далеко не единичный случай. Также в качестве примера можно привести произошедший 10 декабря 2014 г. схожий случай выдворения из зала судебного заседания Чудовского районного суда Новгородской области адвоката Дениса Вяткина. Подобные случаи несколько небрежного отношения к равноправной стороне уголовного судопроизводства, к сожалению, встречаются не только у некоторых представителей судебной власти, но и у некоторых представителей органов МВД, следствия, дознания и по сути своей фактически могут рассматриваться как воспрепятствование законной профессиональной деятельности адвоката», – отмечено в тексте обращения делегатов.

В обращении напоминается, что в начале 2018 г. президент АП Республики Башкортостан, депутат Государственного Собрания – Курултая Республики Башкортостан Булат Юмадилов выступил с инициативой подготовки законопроекта о внесении изменений в ст. 294 УК РФ, направленных на введение уголовной ответственности за воспрепятствование осуществлению адвокатской деятельности, о чем ранее писала «АГ».

В пояснительной записке к законопроекту отмечалось, что текущее уголовное законодательство предусматривает гарантии невмешательства в деятельность суда, прокурора, следователя и дознавателя, но не адвоката: «Уголовный кодекс РФ не предусматривает охрану такого объекта посягательства, как беспрепятственное осуществление своей профессиональной деятельности адвокатом. Вместе с тем адвокат наряду с указанными должностными лицами также является стороной в уголовном судопроизводстве, которое основано на принципах состязательности и равноправия сторон».

Также подчеркивалось, что адвокат на всех стадиях уголовного процесса действует в интересах подозреваемого или обвиняемого. «К сожалению, нередки случаи оказания воздействия на работу “дотошного” адвоката, без какого- либо опасения на привлечение к уголовной ответственности, что, в свою очередь, не только осложняет работу по защите прав, но и создает реальную угрозу безопасности доверителя и адвоката», – указано в пояснительной записке к законопроекту. В связи с этим авторы поправок отмечали, что порядок состязательности сторон нарушен и имеется перекос в сторону обвинения: «Учитывая данный факт, говорить о равных гарантиях деятельности защиты не представляется возможным».

Для изменения ситуации предлагалось изменить наименование ст. 294 УК РФ на «Воспрепятствование осуществлению правосудия, производству предварительного расследования и адвокатской деятельности». Также было предложено дополнить ч. 2 указанной статьи, предусматривающей уголовную ответственность за «вмешательство в какой бы то ни было форме в деятельность прокурора, следователя или лица, производящего дознание», словами «, а равно в деятельность защитника в целях воспрепятствования осуществления адвокатской деятельности в уголовном судопроизводстве».

Дальнейшая судьба поправок и реакция башкирских адвокатов

Как следует из обращения, данный законопроект был направлен в Совет законодателей при Федеральном Собрании РФ для рассмотрения. «По проекту комиссией Совета законодателей РФ по координации законотворческой деятельности и мониторингу законодательства было дано заключение о рекомендации не вносить проект в Государственную Думу. В обосновании своего решения комиссия указала, что прокурор, следователь и дознаватель обладают иным статусом в рамках уголовного судопроизводства, нежели адвокат. Уголовно-процессуальный закон наделяет суд, прокурора, следователя и дознавателя исключительными полномочиями по собиранию доказательств, в то время как защитник такими полномочиями в уголовном судопроизводстве не наделен. Предусмотренные УПК РФ полномочия защитника не носят властный характер, а выступают средством реализации им процессуальной функции по защите прав и интересов подозреваемых и обвиняемых и оказанию им юридической помощи по уголовному делу, производство по которому осуществляют суд, следователь или дознаватель», – указано в обращении.

Делегаты конференции АП РБ выразили недоумение по поводу заключения комиссии Совета законодателей РФ.

«Во-первых, в уголовно-процессуальном законе прямо указано, что уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон обвинения и защиты перед судом. Принцип состязательности является основой функционирования независимого объективного суда, исключения обвинительного уклона при рассмотрении уголовных дел. В действующей редакции ст. 294 УК РФ предусмотрены гарантии невмешательства в деятельность суда, прокурора, следователя либо лица, производящего дознание. При этом адвокаты, являющиеся, по сути, равноправной стороной процесса, таких гарантий лишены», – отмечено в тексте обращения. По мнению его авторов, исключение адвоката как стороны защиты из перечня сторон процесса, имеющих закрепленную уголовным законом гарантию невмешательства, существенно нарушает порядок состязательности в уголовном процессе.

«Во-вторых, заложенное в решение обоснование, что у адвоката иной статус в уголовном судопроизводстве в силу отсутствия у него полномочий властного характера, выглядит несостоятельным. Действительно, согласно законодательству, адвокатура не входит в систему органов государственной власти, но задачи, возложенные на нее, имеют государственное значение и отражают публичный интерес общества», – указано в обращении.

Делегаты конференции АП РБ также подчеркнули, что законодатель предусмотрел уголовную ответственность за воспрепятствование законной профессиональной деятельности не только медработников, но и журналистов: «Данные положения уголовного закона показывают стремление законодателя обеспечить должной защитой ключевые институты гражданского общества. Тогда как адвокатура, провозглашенная самим же законодателем институтом гражданского общества, протекцией государства обделена».

Таким образом, в обращении указано, что адвокатам нужны не только равные права при осуществлении уголовного судопроизводства, но и равная степень защиты профессиональной деятельности наряду с иными участниками процесса.

С учетом изложенного делегаты 17-й ежегодной конференции АП РБ попросили Совет ФПА РФ пролоббировать вышеуказанный законопроект путем обращения к субъектам законодательной инициативы с выработанной позицией по законопроекту.

Одна из экспертов «АГ» негативно оценила заключение комиссии Совета законодателей РФ

По мнению адвоката АП Санкт-Петербурга Анастасии Пилипенко, предложенные Курултаем Республики Башкортостан изменения в ч. 2 ст. 294 УК РФ, безусловно, вызывают ряд вопросов, касающихся законодательной техники, и содержат пробелы, которые могут повлечь за собой произвольное применение этой нормы. «Тем не менее само по себе наличие таких вопросов и сомнений не умаляет необходимости защитить наконец нормальный порядок профессиональной деятельности адвоката-защитника не только на уровне декларативной нормы Закона об адвокатуре, но и с помощью соответствующей уголовной санкции. Полагаю, подавляющее большинство адвокатов, вне зависимости от специализации, разделяет саму принципиальную позицию о том, что одной только самозащиты корпорации в условиях развившихся в последнее время репрессивных тенденций уже недостаточно», – отметила она.

Эксперт добавила, что заключение комиссии Совета законодателей РФ вызывает недоумение не только в связи с игнорированием многочисленных фактов воспрепятствования законной деятельности защитника, ставших в последнее время постоянной и неисчерпаемой темой и в адвокатских, и в далеких от адвокатуры кругах: «Такая позиция показательна и с точки зрения альтернативного понимания фундаментальных основ уголовного процесса».

По словам адвоката, в заключении справедливо указано, что на судью, следователя, дознавателя, прокурора возложены исключительные функции по отправлению правосудия, собиранию доказательств и поддержанию государственного обвинения соответственно. «Вместе с тем досадно, что комиссия Совета законодателей РФ забывает и о не менее исключительной функции защитника, без надлежащего исполнения которой невозможно представить себе адекватное отправление правосудия. Именно поэтому, например, нарушение права на защиту является невосполнимым процессуальным нарушением, и именно поэтому участие защитника в уголовном процессе, по общему правилу, признается обязательным. Правосудие без защиты носило бы явно инквизиционный характер, и в своем заключении комиссия, сама того, возможно, не осознавая, расписывается в своей любви к такому порядку судопроизводства. Очевидно, законодатель не заинтересован не только в расширении, но и даже в сохранении состязательных начал уголовного процесса, а тем более в предоставлении защите не только равных процессуальных прав, но и возможности применения равной санкции за воспрепятствование ей», – полагает Анастасия Пилипенко.

«Что касается равенства процессуальных прав, то в этом комиссия Совета законодателей РФ демонстрирует не просто своеобразное понимание, но даже элементарное незнание соответствующих норм УПК. Любой адвокат, участвующий в производстве по уголовным делам, знает, что ч. 3 ст. 86 УПК РФ дает ему право собирать доказательства, которые потом надлежит оценить суду, – равно как и доказательства, представленные стороной обвинения, также не имеющие заранее установленной силы. То, что это неизвестно комиссии Совета законодателей, – нонсенс. Вряд ли можно точно сказать, случайно или намеренно в тексте заключения проигнорировано одно из важнейших прав защитника, но любой из ответов на этот вопрос будет для адвокатуры плохой новостью», – заключила адвокат.

Другой эксперт поддержал законопроект со ссылкой на опыт зарубежных стран

В свою очередь, адвокат, управляющий партнер АБ «Правовой статус» Алексей Иванов отметил, что, с одной стороны, равноправие и состязательность сторон – это базовая основа любого правосудия. «И, несмотря на то что этот принцип закреплен в Конституции РФ и процессуальном законодательстве, его реализация связана с серьезными трудностями, начиная от процесса вступления в дело и заканчивая реализацией процессуальных прав. Пожалуй, ничто так не приводит к нарушению профессиональных прав адвокатов, как отсутствие равноправия и вседозволенность наших процессуальных оппонентов», – полагает он.

С другой стороны, как подчеркнул адвокат, несмотря на установление законодателем гарантий независимости адвокатов, реальный механизм их реализации отсутствует, что провоцирует неуместное вмешательство в адвокатскую деятельность. «Проблема усугубляется и тем, что законодатель лишь в общей форме установил запрет на вмешательство в адвокатскую деятельность, ответственность же за нарушение данной нормы законодательством не предусмотрена. В то же время за воспрепятствование осуществлению правосудия и производству предварительного расследования установлена уголовная ответственность. Возникает закономерный вопрос: где же здесь равноправие и гарантии адвокатской деятельности? Если обратиться к зарубежному опыту, то во многих странах установлена не просто ответственность за воспрепятствование адвокатской деятельности, а повышенная уголовная ответственность», – добавил эксперт.

По словам адвоката, ст. 435 УК Республики Казахстана предусматривает ответственность за воспрепятствование законной деятельности адвокатов и иных лиц по защите прав, свобод и законных интересов человека и гражданина, а также оказанию юридической помощи физическим и юридическим лицам. Закон Украины об адвокатуре запрещает любое вмешательство в адвокатскую деятельность, вымогательство от адвоката, его помощника, должностных лиц и технических работников адвокатских объединений сведений, составляющих адвокатскую тайну. А ст. 397 УК Украины установлена уголовная ответственность за вмешательство в деятельность защитника или представителя лица.

«В Испании установлена уголовная ответственность за совершение насилия или запугивания с целью прямо или косвенно повлиять на адвоката (ст. 464 УК Испании). Законодатель Болгарии пошел еще дальше, уравняв адвокатскую деятельность с деятельностью судей, и предоставил адвокатам право инициировать дисциплинарное преследование нарушителей его профессиональных прав. Адвокат пользуется равным уважением с судьями. Так, в Болгарии предусматривается процедура дисциплинарного преследования должностных лиц, нарушающих профессиональные права адвокатов, а также судебный способ защиты профессиональных прав. УК Франции предусмотрена уголовная ответственность за умышленное убийство адвоката (п. 4 ст. 221-4); применение пыток или актов жестокости к адвокату (п. 4 ст. 222-3); насильственные действия, совершенные в отношении адвоката (п. 4 ст. 222-8, п. 4 ст. 222-10, п. 4 ст. 222-12, п. 4 ст. 222-13); уничтожение, повреждение или порчу какого-либо имущества, принадлежащего адвокату (п. 3 ст. 322-3); угрозу совершить какое-либо преступление или какой-либо проступок против личности или имущества, высказанную в отношении адвоката (ст. 433-3); любую угрозу или любой другой акт устрашения, совершенные в отношении адвоката (ст. 434-8)», – отметил Алексей Иванов.

По его мнению, опыт зарубежных стран показывает, насколько защищена фигура адвоката. «В этом помимо прочего и проявляется отношение к адвокатам и к адвокатуре в целом. Очевидно, что адвокаты должны осуществлять свою деятельность в среде, свободной от угроз. А ответственность за это лежит на государстве, давно пора перейти от декларативности к реальной защищенности адвокатов, установив уголовную ответственность за воспрепятствование адвокатской деятельности. Вот почему инициатива башкирских коллег об установлении уголовной ответственности за воспрепятствование осуществлению адвокатской деятельности с внесением изменений в ст. 294 УК РФ является не только актуальной, но и гиперважной, поэтому она заслуживает полной поддержки и внимания. Реализация данной инициативы будет способствовать защищенности адвокатов, повышению эффективности адвокатской деятельности и обеспечит ее соответствие международным стандартам», – резюмировал Алексей Иванов.

В ФПА РФ также прокомментировали обращение делегатов

В пресс-службе ФПА сообщили, что инициатива установить уголовную ответственность за воспрепятствование законной адвокатской деятельности недавно обсуждалась в Государственной Думе ФС РФ. «В беседе с президентом Федеральной палаты адвокатов РФ Юрием Пилипенко председатель Комитета ГД ФС РФ по государственному строительству и законодательству Павел Крашенинников сказал, что не видит препятствий к рассмотрению этого предложения. Однако эта позиция не предопределяет положительного решения по данному законопроекту», – добавили в пресс-службе.

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о