Вопросы юристу


КС не стал рассматривать жалобу на нормы УПК о кассационном судопроизводстве

Как поясняется в определении, оспариваемые нормы направлены не на ограничение, а на защиту и обеспечение прав участников уголовного процесса, а также на исправление судебных ошибок

КС не стал рассматривать жалобу на нормы УПК о кассационном судопроизводстве

Один из адвокатов подчеркнул, что заявитель, формально оспаривая указанные нормы УПК, де-факто обжаловал их нарушение по его делу, что и послужило основанием для признания жалобы не соответствующей критериям допустимости. Другая поделилась, что нарушение прав и свобод человека в рамках уголовного судопроизводства носит массовый характер, и такое нарушение зачастую сопровождается грубым нарушением УПК, как в данном деле.

Конституционный Суд РФ опубликовал Определение от 31 марта № 756-О/2022 по жалобе на ряд положений УПК РФ, регламентирующих производство в суде кассационной инстанции, которые, по мнению заявителя, лишают граждан права на справедливое судебное разбирательство.

Апелляционным приговором районного суда Игорь Кизиков был оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, с правом на реабилитацию.

Определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции по результатам рассмотрения кассационного представления заместителя областного прокурора апелляционный приговор был отменен с направлением уголовного дела на новое апелляционное рассмотрение тем же судом в ином составе.

Не согласившись с решением Восьмого КСОЮ, Игорь Кизиков обжаловал его в Верховный Суд РФ. 24 февраля 2021 г. постановлением судьи ВС было отказано в передаче жалобы для рассмотрения в судебном заседании кассационной инстанции, а доводы жалобы отвергнуты. При этом судья указал, что с кассационным представлением обратилось уполномоченное должностное лицо органов прокуратуры, а отсутствие в представлении сведений о судах, ранее рассматривавших дело, не свидетельствует о наличии существенных нарушений требований УПК, влекущих отмену оспариваемого решения.

ВС добавил, что УПК не предусматривает обязанность кассационной инстанции информировать стороны о поступлении кассационных жалоб и представлений на вступившие в законную силу судебные акты до принятия решения об их передаче с уголовным делом для рассмотрения в заседании кассационной инстанции. При этом о рассмотрении уголовного дела в кассации кассатор был извещен и принимал участие в соответствующем заседании, как и его защитники. Таким образом, Верховный Суд посчитал, что утверждения стороны защиты о выходе кассационного суда за пределы своих прав не могут быть признаны обоснованными.

В жалобе в Конституционный Суд Игорь Кизиков просил признать не соответствующими Конституции РФ ч. 2.1 ст. 401.2 , ч. 2 ст. 401.3 , ч. 1 ст. 401.4 , ст. 401.5 , п. 1 ст. 401.7 , ч. 1 ст. 401.15, а также п. 2 и 4 ч. 7 ст. 401.16 УПК. По мнению заявителя, данные нормы, будучи нарушенными в его конкретном деле, лишают граждан права на справедливое судебное разбирательство, поскольку позволяют не возвращать без рассмотрения кассационное представление заместителя прокурора субъекта РФ, невзирая на то что оно подано иным, не уполномоченным на то должностным лицом органов прокуратуры, а его содержание не отвечает предъявляемым требованиям.

Заявитель добавил, что оспариваемые нормы позволяют не извещать оправданного о факте подачи представления прокуратуры для обеспечения возможности подачи возражений; фактически предрешать вопрос о достоверности доказательств по делу и формулировать выводы, которые могут быть сделаны судом апелляционной инстанции при повторном рассмотрении дела. Кроме того, они дают возможность не расценивать указанные нарушения в качестве существенных и влекущих пересмотр судебного решения, а также не рассматривать все доводы кассационной жалобы защиты.

Конституционный Суд не нашел оснований для принятия жалобы к рассмотрению. При этом он напомнил, что нормы главы 47.1 УПК, регламентирующие производство в суде кассационной инстанции, являются частью процессуального механизма пересмотра вступивших в законную силу судебных решений в целях обеспечения их законности. Суд указал, что они направлены не на ограничение, а напротив, на защиту и обеспечение прав участников уголовного судопроизводства, на исправление судебных ошибок (определения от 27 июня 2017 г. № 1258-О, от 27 февраля 2020 г. № 287-О, от 27 января 2022 г. № 150-О и др.). КС разъяснил, что положения УПК закрепляют круг лиц, имеющих право подачи (подписания) кассационных жалобы, представления, включая прокурора субъекта РФ и его заместителей (ч. 2.1 ст. 401.2); устанавливают порядок и сроки подачи кассационных жалобы, представления, порядок восстановления срока кассационного обжалования (ст. 401.3); определяют обязательное содержание кассационных жалобы, представления и предусматривают наряду с прочим, что кассационное представление во всяком случае должно быть подписано прокурором, указанным в ч. 2–2.2 ст. 401.2 Кодекса (ч. 1 и 4 ст. 401.4).

В УПК регламентированы основания для возвращения кассационных жалобы, представления без рассмотрения (ст. 401.5); действия суда первой инстанции при поступлении кассационных жалобы, представления в порядке сплошной кассации, в том числе по извещению о поступивших жалобе, представлении лиц, чьи интересы ими затрагиваются, с разъяснением права подачи письменных возражений и с указанием срока их подачи (п. 1 ст. 401.7), пояснил Конституционный Суд.

В определении также уточняется, что положения Кодекса очерчивают пределы прав суда кассационной инстанции, в соответствии с которыми указания этого суда обязательны при повторном рассмотрении дела судом нижестоящей инстанции (ч. 6 ст. 401.16). В случае отмены судебного решения кассационный суд не вправе предрешать вопросы о доказанности или недоказанности обвинения. Кроме того, он не может предрешать выводы первой или апелляционной инстанции при повторном рассмотрении дела (п. 2 и 4 ч. 7 ст. 401.16).

КС пояснил, что ст. 401.15 УПК – в части первой устанавливающая, что основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются также существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела, – не содержит неопределенности, в связи с чем данная норма отвечает назначению и месту кассационного производства как дополнительного способа защиты прав участников уголовного процесса.

При этом КС напомнил свою неоднократно выраженную правовую позицию: не допускается отказ суда от рассмотрения и оценки всех доводов заявлений, ходатайств или жалоб участников уголовного судопроизводства, а также от мотивировки решений путем указания на конкретные основания, по которым эти доводы отвергаются (Постановление от 3 мая 1995 г. № 4-П; определения от 18 июля 2019 г. № 1854-О, от 26 февраля 2021 г. № 353-О, от 27 января 2022 г. № 148-О и др.).

В определении указано, что Игорь Кизиков, аргументируя позицию о нарушении его прав, ссылался на имеющиеся, по его утверждению, факты нарушения оспариваемых норм при рассмотрении его дела. Тем самым заявитель, по существу, предложил КС не оценить содержание этих законоположений, а проверить правомерность и обоснованность конкретных правоприменительных решений по его делу. Указанное, как и установление наличия оснований для пересмотра судебных актов в кассационном порядке, предполагает исследование обстоятельств дела и не входит в компетенцию КС.

Оценивая позицию Суда, адвокат «Санкт-Петербургской адвокатской коллегии Нарышкиных» Андрей Федорков отметил, что, исходя из содержания жалобы, изложенной в определении, перед КС был поставлен ряд актуальных проблем правоприменительной практики, в частности: отсутствие для оправданного лица возможности подавать возражения на кассационное представление, предрешать при возвращении уголовного дела в нижестоящий суд на пересмотр вопросы достоверности доказательств по делу, не возвращать кассационное представление его подателю при наличии недостатков, перечисленных в ч. 1 ст. 401.4 УПК. Вместе с тем он обратил внимание, что заявитель, формально оспаривая указанные нормы УПК, де-факто обжаловал не их применение, а их нарушение в его конкретном случае, что и послужило основанием для признания жалобы не соответствующей критериям допустимости.

«Если говорить о сущностных аспектах приведенных законоположений, то КС верно указал, что оспариваемые нормы, регламентирующие кассационное судопроизводство, по замыслу законодателя направлены на усиление гарантий защиты права на справедливое судебное разбирательство и исправление ошибок, допущенных судами нижестоящих инстанций», – считает Андрей Федорков.

Адвокат подчеркнул, что важным является очередное разъяснение КС о недопустимости отказа судом от рассмотрения и оценки всех доводов заявлений, ходатайств и жалоб участников уголовного процесса и мотивировки принимаемых решений с указанием конкретных оснований, по которым эти доводы отвергаются. По мнению Андрея Федоркова, это актуальная и до сих пор не разрешенная проблема российской судебной практики.

Адвокат АП г. Москвы, председатель «Ассоциации Адвокатов России за Права Человека» Мария Архипова отметила, что нарушение прав и свобод человека в рамках уголовного судопроизводства носит массовый характер, и часто такое нарушение сопровождается грубым нарушением УПК, как в данном деле.

Она добавила, что заявитель жалобы ссылался на допущенные нарушения как по содержанию кассационного представления, так и по субъекту, который имеет право обращаться с таким представлением в суд. Несмотря на нарушение норм УПК, в данном случае речь идет о праве на справедливое судебное разбирательство, что в результате привело к нарушению прав гражданина, а именно – к отмене оправдательного приговора, пояснила Мария Архипова. «Это частая практика, когда обвинительные приговоры выносятся с множеством грубейших нарушений УПК. Речь идет о нарушениях таких прав человека, как право на жизнь – например, если применяются пытки или нарушается личная свобода и неприкосновенность либо нарушается право на справедливое судебное разбирательство», – прокомментировала адвокат.

Мария Архипова обратила внимание, что эта проблема, несмотря на остроту, не рассматривается в рамках компетенции КС. Адвокат пояснила, что с точки зрения Европейского Суда по правам человека право на справедливое судебное разбирательство включает возможность равного доступа сторон к представлению доказательств и возможности защиты обвиняемого (подсудимого). «Позиция ЕСПЧ исходит из того, было ли процессуальное нарушение нарушением права на защиту и представление доказательств, могло ли это иметь решающее значение по делу. Например, в рассматриваемом случае ВС посчитал, что нарушения не имели решающего значения. В связи с этим полагаю, что заявителю стоит, пока не истекли сроки для подачи жалобы, обратиться в Европейский Суд. Какое решение примет ЕСПЧ, сказать сложно, это будет зависеть от того, как заявитель аргументирует свою позицию», – пояснила Мария Архипова.

По мнению адвоката, исходя из жалобы заявителя, неясно, чем указанные положения УПК нарушают Конституцию. «Непонятно, почему заявитель обратился в КС, ведь он не рассматривает процессуальные нарушения, даже если они приводят к нарушениям прав и свобод человека», – заключила адвокат.

Метки записи:   , ,

Оставить комментарий

avatar
  
smilegrinwinkmrgreenneutraltwistedarrowshockunamusedcooleviloopsrazzrollcryeeklolmadsadexclamationquestionideahmmbegwhewchucklesillyenvyshutmouth
  Подписаться  
Уведомление о