профессиональная помощь юриста


Юрий Шибанов

ВС опубликовал второй обзор по применению законодательства и мер по противодействию распространения COVID-19

Обзор содержит разъяснения по 21 вопросу применения гражданского, уголовного и уголовно-процессуального законодательства, законодательства о банкротстве, а также законодательства об административных правонарушениях

ВС опубликовал второй обзор по применению законодательства и мер по противодействию распространения COVID-19

В частности, в документе указано, что при решении вопроса о заключении в СИЗО и о продлении такой меры пресечения подозреваемым или обвиняемым в совершении преступления небольшой тяжести суды вправе учитывать факт проведения карантинных мероприятий в изоляторах временного содержания и следственных изоляторах.

30 апреля Президиум Верховного Суда утвердил Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 2.

В начале обзора содержится указание на то, какие из разъяснений, содержащихся в первом таком Обзоре ВС РФ, применяются к дням, объявленным нерабочими в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 28 апреля 2020 г. № 294, т.е. с 6 по 8 мая.

Вопросы применения гражданского законодательства

Отвечая на вопрос о том, каковы особенности исполнения гражданином-должником кредитных договоров и договоров займа в период действия мер, направленных на противодействие распространению коронавируса, ВС указал, что неуплата предусмотренных договором платежей по кредитным договорам и договорам займа в период с 30 марта по 3 апреля просрочкой исполнения обязательств не является.

Также Суд отметил, что обязательства сторон договора аренды считаются измененными в части предоставления арендатору отсрочки уплаты арендной платы на основании ч. 1 ст. 19 Закона о внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций (№ 98-ФЗ) с даты введения режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на территории субъекта РФ независимо от даты заключения дополнительного соглашения к договору аренды либо даты вступления в законную силу решения суда о понуждении арендодателя к заключению дополнительного соглашения к договору аренды.

ВС ответил и на вопрос о том, является ли достаточным основанием для предоставления арендатору недвижимого имущества отсрочки уплаты арендной платы на основании ч. 1 ст. 19 Закона № 98-ФЗ осуществление им деятельности в отраслях российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения коронавируса.

Так, Суд заметил, что ч. 1 ст. 19 Закона № 98-ФЗ установлено, что в отношении договоров аренды недвижимого имущества, заключенных до принятия в 2020 г. органом государственной власти субъекта РФ в соответствии со ст. 11 Закона о защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера решения о введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на территории субъекта РФ, в течение 30 дней со дня обращения арендатора соответствующего объекта недвижимого имущества арендодатель обязан заключить дополнительное соглашение, предусматривающее отсрочку внесения арендной платы, предусмотренной в 2020 г. Требования к условиям и срокам такой отсрочки устанавливаются правительством.

Он указал, что право на отсрочку внесения арендной платы на основании ч. 1 ст. 19 Закона № 98-ФЗ и на условиях, указанных в п. 3 Требований, имеют организации и индивидуальные предприниматели – арендаторы недвижимого имущества, за исключением жилых помещений, по договорам аренды, заключенным до принятия органом государственной власти соответствующего субъекта РФ указанного в этой норме решения, которые осуществляют деятельность в отраслях российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения коронавируса.

Также ВС отметил, что арендная плата подлежит уменьшению с момента, когда наступила невозможность использования имущества по изначально согласованному назначению независимо от даты заключения дополнительного соглашения об уменьшении размера арендной платы либо даты вступления в законную силу решения суда о понуждении арендодателя к изменению договора аренды в части уменьшения арендной платы.

На вопрос о том, подлежат ли применению положения ст. 19 Закона № 98-ФЗ к договорам аренды части недвижимой вещи, ВС ответил утвердительно.

Относительно начисления неустойки по жилищно-коммунальным услугам Суд указал, что 6 апреля вступило в силу Постановление от 2 апреля 2020 г. № 424 «Об особенностях предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов», п. 4 которого приостановлено до 1 января 2021 г. взыскание неустойки (штрафа, пени) в случае несвоевременных и (или) внесенных не в полном размере платы за жилое помещение и коммунальные услуги и взносов на капитальный ремонт. Названный мораторий действует в отношении неустоек (пеней, штрафов), подлежавших начислению за период просрочки с 6 апреля 2020 г. до 1 января 2021 г., независимо от расчетного периода (месяца) поставки коммунального ресурса (оказания коммунальных услуг), по уплате которой допущена просрочка, в том числе если сумма основного долга образовалась до 6 апреля 2020 г., если законом или правовым актом не будет установлен иной срок окончания моратория.

Вопросы применения законодательства о банкротстве

На вопрос о том, следует ли кредитору должника, в отношении которого действовал мораторий на возбуждение дела о банкротстве, введенный правительством, после прекращения моратория направлять новое уведомление о намерении обратиться в суд с заявлением о банкротстве, если на основании предыдущего уведомления кредитора дело о банкротстве не было возбуждено, ВС ответил утвердительно. Также Суд ответил на вопрос о том, может ли в период действия моратория по заявлению кредитора возбуждаться дело о банкротстве ликвидируемого должника, на которого распространяется действие моратория.

Кроме того, ВС подтвердил, что в период действия моратория начисляются проценты, являющиеся мерой гражданско-правовой ответственности, установленные ст. 395 ГК РФ.

На вопрос о том, вправе ли кредиторы в период действия моратория направлять исполнительные документы о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим до введения моратория, непосредственно в банк или иную кредитную организацию, в которых открыты счета должника, в порядке, установленном законодательством об исполнительном производстве, Суд ответил, что введение в отношении должника моратория означает и невозможность получения взыскателем принудительного исполнения путем предъявления исполнительного документа непосредственно в банк в порядке, установленном ч. 1 ст. 8 Закона об исполнительном производстве.

Вопросы применения уголовного и уголовно-процессуального законодательства

Верховный Суд ответил на вопрос о том, что следует понимать в диспозициях ст. 207.1 и 207.2 УК под заведомо ложной информацией и ее распространением под видом достоверных сообщений. По его мнению, это такая информация (сведения, сообщения, данные и т.п.), которая изначально не соответствует действительности, о чем достоверно было известно лицу, ее распространявшему.

Также ВС указал, что распространение заведомо ложной информации, указанной в диспозициях данных статей, следует признавать публичным, если такая информация адресована группе или неограниченному кругу лиц и выражена в любой доступной для них форме (например, в устной, письменной, с использованием технических средств). При этом вопрос о наличии признака публичности должен разрешаться судами с учетом места, способа, обстановки и других обстоятельств.

На вопрос о том, что применительно к ч. 1 ст. 236 УК РФ следует понимать под «массовым заболеванием или отравлением людей» либо «созданием угрозы наступления таких последствий», Суд ответил, что с учетом того, что данный признак преступления является оценочным, при решении вопроса об отнесении заболевания или отравления к массовому следует принимать во внимание не только количество заболевших или получивших отравление людей, но и тяжесть заболевания (отравления).

ВС заметил, что уголовная ответственность за нарушение санитарно-эпидемиологических правил, создавшее угрозу наступления таких последствий, может наступать только в случае реальности этой угрозы, когда массовое заболевание или отравление людей не произошло лишь в результате вовремя принятых органами государственной власти, местного самоуправления, медицинскими работниками и другими лицами мер, направленных на предотвращение распространения заболевания (отравления), или в результате иных обстоятельств, не зависящих от воли лица, нарушившего указанные правила.

Также ВС разъяснил, как следует разграничивать уголовную ответственность по ч. 2 ст. 236 УК РФ и административную ответственность по ч. 3 ст. 6.3 КоАП. Так, административная ответственность наступает лишь в тех случаях, когда действия (бездействие) правонарушителя не содержат уголовно наказуемого деяния. В связи с тем, что за нарушение физическим лицом санитарно-эпидемиологических правил, повлекшее по неосторожности смерть человека, предусмотрена уголовная ответственность, в случае наступления последствий в виде смерти человека действия (бездействие) виновного следует квалифицировать по ч. 2 ст. 236 УК. Если в результате действий (бездействия), составляющих объективную сторону административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 6.3 КоАП, наступили последствия в виде причинения вреда здоровью человека (одного человека или нескольких лиц), то содеянное полностью охватывается составом данного административного правонарушения.

Кроме того, ВС положительно ответил на вопрос о том, возможно ли в период действия ограничительных мер, связанных с противодействием распространению коронавируса, рассмотрение судами уголовных дел и материалов с использованием систем видео-конференц-связи.

Суд также указал на возможность отнести к материалам, требующим безотлагательного рассмотрения, ходатайства органов предварительного расследования о наложении ареста на имущество и продлении срока ареста этого имущества.

Утвердительно ВС ответил и на вопрос о том, подлежат ли безотлагательному рассмотрению судами ходатайства осужденных и их защитников, представления учреждений или органов, исполняющих наказание, об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания в соответствии со ст. 79 УК РФ, о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания в соответствии со ст. 80 УК РФ, об освобождении от наказания в связи с болезнью осужденного в соответствии со ст. 81 УК. По мнению Суда, данное право не может быть ограничено какими-либо обстоятельствами, в том числе связанными с распространением коронавируса.

Также ВС заметил, что решение об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу или о продлении срока действия данной меры пресечения в отношении лица, подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления небольшой тяжести, может быть принято судом лишь в исключительных случаях. Причем наличие обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 108 УПК, само по себе не является безусловным основанием для удовлетворения ходатайства органов предварительного расследования. При принятии решения об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу или о продлении срока действия данной меры пресечения в отношении лица, подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления небольшой тяжести, суд в условиях распространения на территории России коронавируса наряду с другими обстоятельствами вправе также учитывать и факт проведения карантинных мероприятий в изоляторах временного содержания и следственных изоляторах.

Вопросы применения законодательства об административных правонарушениях

В ответе на вопрос № 20 Суд заметил, что проведение административного расследования по делам об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 6.3 и 20.6.1 КоАП, не является обязательным.

ВС отрицательно ответил на вопрос о том, образуют ли объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.7 КоАП, действия водителя транспортного средства, выразившиеся в управлении ТС при наличии у него водительского удостоверения, срок действия которого истек 1 февраля 2020 г. или в иной день после указанной даты.

В ближайшее время эксперты «АГ» проанализируют наиболее значимые, по их мнению, разъяснения обзора.

Марина Нагорная

Оставить комментарий

avatar
  
smilegrinwinkmrgreenneutraltwistedarrowshockunamusedcooleviloopsrazzrollcryeeklolmadsadexclamationquestionideahmmbegwhewchucklesillyenvyshutmouth
  Подписаться  
Уведомление о