Вопросы юристу


КС не стал рассматривать жалобу на порядок возбуждения уголовного дела в отношении судьи

Суд указал, что вынесение постановления о возбуждении уголовного дела, основанного на предварительно полученном согласии на его возбуждение в отношении судьи по правилам, содержащим дополнительные процессуальные гарантии неприкосновенности, не противоречит Конституции

КС не стал рассматривать жалобу на порядок возбуждения уголовного дела в отношении судьи

Один из экспертов предположил, что жалоба имела бы шансы на удовлетворение, если бы развивала другой тезис – о том, что председатель СК РФ должен был обратиться в квалифколлегию судей с представлением не о возбуждении уголовного дела, а о привлечении заявительницы в качестве обвиняемой. Второй посчитал, что если руководствоваться ст. 4 УПК «Действие уголовно-процессуального закона во времени», то позиция заявительницы о необходимости получения согласия вышестоящей квалификационной коллегии судей представляется основательной.

Конституционный Суд опубликовал Определение № 819-О от 31 марта, которым отказал бывшей судье в проверке уголовно-процессуальных норм во взаимосвязи с положениями Закона о статусе судей, которые, по ее мнению, допустили применение утратившего силу порядка возбуждения уголовного дела в ее отношении.

4 апреля 2019 г. квалификационная коллегия судей Чувашской Республики дала согласие на возбуждение уголовного дела в отношении Розы Габдулловой, занимавшей должность мирового судьи. Высшая квалификационная коллегия судей оставила это решение без изменения.

14 июля 2019 г. на основании Закона от 3 июля 2019 г. № 160-ФЗ вступили в силу изменения в п. 4 и 5 ч. 1 ст. 448 УПК – с этого момента для возбуждения уголовного дела в отношении мирового судьи требуется согласие Высшей квалификационной коллегии судей (а не как в ранее действовавшей редакции – согласие квалификационной коллегии судей субъекта РФ). Законом от 3 июля 2019 г. № 163-ФЗ также были внесены изменения в ст. 16 Закона от 26 июня 1992 г. № 3132-I «О статусе судей в Российской Федерации», которые вступили в силу одновременно с взаимосвязанными изменениями в УПК.

6 августа 2019 г. председатель СК РФ на основании согласия квалификационной коллегии судей Чувашской Республики вынес в отношении Розы Габдулловой постановление о возбуждении уголовного дела. Впоследствии ее осудили за совершение преступлений, а ВС РФ оставил судебные акты без изменения. При этом Верховный Суд отметил, что доводы обвиняемой о незаконности возбуждения уголовного дела и нарушении процедуры предъявления обвинения были предметом тщательной проверки судов первой и апелляционной инстанций и обоснованно признаны несостоятельными.

Также ВС указывал, что уголовное дело возбуждено в соответствии с требованиями гл. 52 УПК, а на момент вынесения постановления о его возбуждении имелось согласие квалификационной коллегии судей Чувашской Республики, которое являлось предметом проверки Высшей квалификационной коллегии судей, в связи с чем повторное обращение в последнюю за получением нового согласия не требовалось, равно как и не требовалось отдельное согласие на предъявление обвинения. Инкриминируемые Розе Габдулловой деяния совершены в соучастии, поэтому возбуждение в ее отношении уголовного дела после того, как ранее (13 июля 2018 г.) было принято решение о возбуждении уголовного дела в отношении гражданки А. и иных неустановленных лиц по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК, не может расцениваться как повторное возбуждение уголовного дела по одним и тем же основаниям.

Роза Габдуллова обратилась в КС с жалобой, в которой просила признать не соответствующими Конституции ст. 4 «Действие уголовно-процессуального закона во времени», п. 33 ст. 5 «Основные понятия, используемые в настоящем Кодексе», ч. 1 и 5 ст. 146 «Возбуждение уголовного дела публичного обвинения» и п. 4 ч. 1 ст. 448 «Возбуждение уголовного дела» УПК во взаимосвязи с абз. 3 п. 3 ст. 16 «Неприкосновенность судьи» Закона о статусе судей. Заявительница указала, что данные нормы допускают применение утратившего силу порядка возбуждения уголовного дела в отношении мирового судьи, а также позволяют при наличии возбужденного уголовного дела возбуждать новое уголовное дело в отношении выявленного соучастника преступления вместо привлечения его в качестве обвиняемого по первоначальному делу, в результате чего по одним и тем же основаниям повторно возбуждается уголовное дело. Кроме того, нормы относят согласие Высшей квалификационной коллегии судей к процессуальным решениям, принимаемым в порядке, установленном УПК, и наделяют неограниченной свободой усмотрения следователя при принятии решения на стадии возбуждения уголовного дела.

Отказывая в принятии жалобы, Конституционный Суд указал, что изменение специального (усложненного) порядка возбуждения уголовных дел в отношении судей не свидетельствует о выходе федерального законодателя за пределы его дискреционных полномочий, к которым отнесено и определение конкретных уголовно-процессуальных механизмов (средств) обеспечения судейской неприкосновенности (Определение
КС от 28 декабря 2021 г. № 2721-О). Соответственно, эти законоположения как в прежней редакции, так и в действующей не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявительницы.

Следовательно, вынесение постановления о возбуждении уголовного дела, основанного на предварительно полученном в установленном порядке согласии на его возбуждение в отношении судьи по правилам, содержащим дополнительные процессуальные гарантии неприкосновенности судьи, в равной мере не противоречащим Конституции, также не может расцениваться в качестве нарушения конституционных прав заявительницы, посчитал КС. К тому же, как следует из материалов жалобы, согласие квалификационной коллегии судей Чувашской Республики на возбуждение в отношении Розы Габдулловой уголовного дела являлось предметом проверки Высшей квалификационной коллегии судей.

В свою очередь, отметил КС, ст. 4 УПК закрепляет, что при производстве по уголовному делу применяется уголовно-процессуальный закон, действующий во время производства соответствующего процессуального действия или принятия процессуального решения, если иное не установлено этим Кодексом. Данная норма, конкретизирующая общий принцип действия закона во времени, направлена на обеспечение правовой определенности и стабильности закона и сама по себе права граждан не затрагивает.

Что же касается положений п. 33 ст. 5, ч. 1 и 5 ст. 146 УПК, а также абз. 3 п. 3 ст. 16 Закона о статусе судей, то КС посчитал, что приведенные в жалобе доводы сводятся к проверке соблюдения порядка возбуждения уголовного дела заявительницы, что предполагает изучение обстоятельств конкретного дела и не относится к компетенции КС.

По мнению федерального судьи в отставке, заслуженного юриста РФ Сергея Пашина, в определении затрагиваются два важных процессуальных вопроса: о действии закона во времени и о правовом значении состоявшегося акта возбуждения уголовного дела. Как считает эксперт, КС справедливо указал, что в случае изменения порядка получения согласия на возбуждение уголовного дела в отношении мирового судьи новые нормы не имеют обратной силы и признается правомерной, сохраняет свое значение процедура, использованная до внесения поправок в законодательство о статусе судей и УПК РФ. Такая правовая позиция вполне традиционна.

«Интересна попытка заявительницы построить систему доводов со ссылкой на недопустимость повторного, по ее мнению, возбуждения уголовного дела в ее отношении, несмотря на наличие уголовного дела по тем же деяниям, уже возбужденного в отношении соучастника преступления. По буквальному смыслу ч. 1 ст. 448 УПК в таких случаях согласие органа судейского сообщества (теперь ВКК РФ) нужно получать на привлечение судьи в качестве обвиняемого, а не на возбуждение уголовного дела. Бывший мировой судья Роза Габдуллова пыталась обратить в свою пользу соображение о недопустимости нового возбуждения уголовного дела по тем же фактическим основаниям. По сути, речь шла о своеобразной “отрицательной преюдиции”. Позиция эта спорная, поскольку закон (ст. 27 УПК) объявляет правопрепятствующими основаниями наличие актов отказа в возбуждении уголовного дела либо прекращения уголовного преследования, но никак не постановление о возбуждении уголовного дела в отношении соучастника преступления. Несколько возбужденных уголовных дел могут соединяться без всякого ущерба для законности какого-либо из постановлений о возбуждении дела (ст. 153 УПК РФ)», – отметил Сергей Пашин.

Он указал, что Конституционный Суд рассмотрел этот довод не с точки зрения преюдиции, но с позиции защиты конституционных прав заявительницы и пришел к обоснованному выводу, что они не нарушены. Более того, усложненный порядок возбуждения в ее отношении уголовного дела оградил статус мирового судьи, его неприкосновенность и независимость.

Сергей Пашин предположил, что жалоба Розы Габдулловой имела бы шансы на удовлетворение, если бы она развивала другой тезис – о том, что председатель СК РФ должен был обратиться в квалифколлегию судей с представлением не о возбуждении уголовного дела, а о привлечении ее в качестве обвиняемой. Получив согласие на возбуждение уголовного дела, органы уголовного преследования облегчили себе задачу, поскольку затем воспользовались правом предъявить обвинение, не испрашивая согласия органа судейского сообщества. Между тем, заметил он, уровень (стандарт) доказанности при возбуждении уголовного дела существенно ниже, чем при вынесении постановления о привлечении в качестве обвиняемого.

Адвокат АП Ставропольского края Нвер Гаспарян отметил, что у определения есть как минимум два процессуальных момента. Первый касается согласия квалификационной коллегии судей Чувашской Республики на возбуждение уголовного дела: «В последующем был изменен порядок возбуждения уголовного дела, согласие на возбуждение дела должна была давать Высшая квалификационная коллегия судей, куда следственные органы обращаться уже не стали, посчитав достаточным согласие нижестоящей квалификационной коллегии».

Адвокат посчитал, что если руководствоваться ст. 4 УПК «Действие уголовно-процессуального закона во времени», то позиция заявительницы о необходимости получения согласия вышестоящей квалификационной коллегии представляется основательной. Однако КС на вопрос о том, что процессуальные нормы допускают применение утратившего силу порядка возбуждения уголовного дела в отношении мирового судьи, по существу ответа не дал.

Второй момент, отметил Нвер Гаспарян, касается вопроса о позволительности при наличии возбужденного уголовного дела возбуждать новое уголовное дело в отношении выявленного соучастника преступления вместо привлечения его в качестве обвиняемого по первоначальному делу. КС посчитал, что это предполагает изучение обстоятельств конкретного дела и не относится к его компетенции. «В рассматриваемых процессуальных нормах я никаких проблем не увидел, имеются вопросы относительно того, как они были применены в конкретном деле, но КС от дачи пилотных оценок по сложившейся традиции дистанцировался», – заключил он.

Метки записи:  

Оставить комментарий

avatar
  
smilegrinwinkmrgreenneutraltwistedarrowshockunamusedcooleviloopsrazzrollcryeeklolmadsadexclamationquestionideahmmbegwhewchucklesillyenvyshutmouth
  Подписаться  
Уведомление о