<


ВС разбирался, нарушил ли контрагент принципы арбитража


Иллюстрация: Право.ru/Петр Козлов

Если у контрагентов есть сомнения в объективности госсудов, они включают в сделку третейскую оговорку. Таким образом стороны передают потенциальный спор на рассмотрение конкретного арбитража. Тем не менее, на практике бывают ситуации, где даже при выбранном заранее органе контрагент может усомниться в его беспристрастности. Например, если вторая сторона аффилирована с организацией, при которой работает арбитражное учреждение. Экономколлегия разбиралась, можно ли в подобном случае передать спор в государственный суд.

Признать в России решения международных арбитражей в последние месяцы стало сложнее чем год назад. Так, в октябре один из споров по поводу исполнимости акта третейского суда дошел до Верховного суда. Нижестоящие инстанции были «за» исполнение иностранного документа, а экономколлегия в результате сослалась на публичный порядок и не стала признавать решение лондонского арбитража. Тем не менее международный арбитраж продолжает пользоваться спросом. Об этом читайте в нашем материале — «Международный арбитраж с «культурой отмены»: пока работает».

Как обстоят дела с российским арбитражем

Что же касается обращения в российские арбитражные учреждения, как следует из актов по делу № А45-20132/2021, в практике нижестоящих судов сложились противоречивые подходы. В 2019-м ООО «Полипласт» по договору с «Новосибирским авиаремонтным заводом» обязалось провести монтажные и пусконаладочные работы оборудования для гальванического цеха. Стороны условились, что все споры будут разрешать через Арбитражное учреждение при ОООР «СоюзМаш России» по его применимым правилам. На сайте организации указали, что учреждение создали в 2016-м, и оно рассматривает промышленные споры. Еще там отметили, что оно может «администрировать арбитраж исключительно внутренних споров». По закону «администрировать арбитраж» означает, что учреждение обеспечивает процедуры выбора, назначения или отвода арбитров, ведет делопроизводство, распределяет арбитражный сбор, но непосредственно сам спор не разрешает.

Помимо этой оговорки, в другом пункте договора контрагенты прописали, если у них не получается найти выгодное решение в претензионном порядке, то спор разрешают в арбитражном суде согласно законам.

Пойти в государственный суд, несмотря ни на что

В июле 2021 года «Полипласт» подал иск в АС Новосибирской области. Спор возник из-за того, что завод не заплатил по договору. Исполнитель хотел, чтобы с заказчика взыскали 51,5 млн руб. задолженности и 139 840 руб. пеней. Истец пояснил, что, несмотря на третейскую оговорку, стороны не отметили арбитражное учреждение как исключительное и по вопросу подсудности в договоре есть альтернатива. «Полипласт» обратил внимание, что завод — член ОООР «СоюзМаш России», поскольку входит в холдинг «Вертолеты России» и госкорпорацию «Ростех». При нем и создали арбитражное учреждение, которое контрагенты указали в договоре. Поэтому истец считает, что может возникнуть конфликт интересов.

Кроме того, «Полипласт» просил суд по ходатайству признать арбитражное соглашение недействительным. Истец отметил, что выбранному сторонами третейскому суду дали полномочия постоянно действующего арбитражного учреждения лишь в мае 2021-го, а его правила депонировали только в июле того же года.

Завод просил не рассматривать иск. Ответчик обратил внимание,что цель арбитражного соглашения — обеспечить строгую конфиденциальность при рассмотрении спора. Это нужно, чтобы исключить утечку информации относительно организаций госкорпорации «Ростех», «ввиду сохранения санкционных рисков в отношении предприятий оборонно-промышленного комплекса».

Разные подходы к одному вопросу

Первая инстанция оставила заявление без рассмотрения, сославшись на действительную и исполнимую арбитражную оговорку. Апелляция согласилась с нижестоящим судом, а вот кассация отправила дело на пересмотр в первую инстанцию.

АС Западно-Сибирского округа отметил, если такая оговорка и предусмотренный ею третейский суд не соответствуют принципу беспристрастности — это безусловное основание признать третейское соглашение недействительным. 

Завод с таким выводом не согласился и обжаловал акт в ВС. По мнению ответчика, ФЗ «Об арбитраже» и Постановление Конституционного суда от 18 ноября 2014 года № 30-П говорят о беспристрастности третейского судьи или состава арбитров, которые рассматривают конкретный спор. Сначала ВС отказался исследовать это дело, но председатель СКЭС Ирина Подносова решила все же передать его на рассмотрение.

Кто беспристрастен — учреждение или арбитры?

Сегодня экономколлегия под председательством Татьяны Завьяловой решала, какой суд будет в итоге рассматривать этот спор — третейский или государственный. Слово дали представителю завода Юлии Валиевой. Она обратила внимание на ст. 18 ФЗ «Об арбитраже» о принципах третейского разбирательства. Среди них — беспристрастность именно арбитров, отметила Валиева. Еще представитель подателя жалобы  акцентировала: по закону арбитражное учреждение выполняет администрирование арбитража, но не проводит само разбирательство. «Это прерогатива судей,» — пояснила Валиева. Кроме того, она сказала, что в регламенте третейского суда, который выбрали контрагенты, есть пункт о том, что сама организация не имеет отношения к судебному разбирательству. 

«Про арбитражное учреждение нельзя говорить, что оно пристрастно или беспристрастно в отношении спора, поскольку оно не осуществляет третейского разбирательства,» — заключила представитель ответчика.

По мнению Валиевой, не правильно, что кассация исследовала связь между заводом и арбитражным учреждением. Это не имеет правового смысла в контексте принципа беспристрастности судей. Представитель ответчика отметила, что эти обстоятельства не изучали первая инстанция и апелляция. Окружной суд самостоятельно сделал это, что нарушает процессуальные нормы. Валиева полагает, что рассматривать вопрос о беспристрастности третейского разбирательства невозможно в отрыве от конкретного состава арбитров без учета того, повлияло ли это на результат арбитража и нарушали ли баланс интересов сторон. 

Судья Завьялова спросила, возникали ли у контрагентов разногласия при заключении договора по поводу арбитражной оговорки и пункта договора, где стороны допустили — спор можно передать в государственный суд. Представитель завода ответила отрицательно. По поводу соотношения этих условий сделки Валиева сослалась на решение первой инстанции. Там указали, что если невозможно разрешить спор в арбитраже, то стороны могут обратиться в государственный суд. «Мы считаем, что толковать [пункты договора — прим.ред.] нужно именно так,» — пояснила Валиева. 

Альтернативе быть?

Затем выступил представитель «Полипласта» Евгений Солодков. Он заметил, что оппонент не пояснил, как повлияли на исход дела нарушения кассационного суда, если они были, с точки зрения завода. По мнению Солодкова, по ст. 291.11 АПК об основаниях отмены ВС судебных актов нужно наличие негативных последствий. «А мы благодаря оспариваемому постановлению получили сплошной позитив — нарушенное право восстановили,» — пояснил представитель компании. Еще Солодков сослался на п. 24 Постановления Пленума ВС № 53 от 10 декабря 2019 г. По этому правилу альтернативное соглашение о порядке разрешения споров может давать истцу выбор, в том числе, между арбитражем и судом. «Нам не понятно, почему первая инстанция указала, что этот пункт [о возможности обратиться в государственный суд — прим.ред.] применяется по остаточному принципу, после обращения в третейский суд,» — сказал Солодков.

Кроме того, представитель «Полипласта» отметил: если зайти на портал государственных закупок, можно увидеть десятки торгов с участием членов госкорпорации «Ростех». «Многие из них уже заложили в проекты договоров этот самый третейский суд,» — говорил Солодков. Он отметил, что у корпорации есть свое Единое положение о закупке. Солодков отметил, что по нему участник, который подал заявку, принимает все условия априори целиком.

«А как быть с третейской оговоркой? Не нравится — не подавай заявку. А подал — тогда принимай все положения. Поэтому, работаем, участник. И заранее готовься к третейскому правосудию,» — высказался представитель компании.

Солодков отметил, что «Полипласту» это было не по душе и поэтому он обратился в государственный суд. Судья Завьялова спросила, какую норму закона об арбитраже нарушили и почему компания считает, что арбитражная оговорка недействительна.

— Я считаю, что нарушили ст. 18 о принципах арбитража. Нарушили принципы диспозитивности, состязательности и равного отношения к сторонам, — отметил представитель «Полипласта». 

— А в чем выразилось нарушение диспозитивности? До третейского суда этот спор пока не дошел. Соответственно, мы не можем говорить о том, что третейский суд нарушил принципы, — заметила Завьялова. — Вы пошли сразу в государственный суд. Почему, по вашему мнению, недопустимо передать спор на рассмотрение третейского суда? Что нарушено?

— Нарушена автономия воли. Когда мы изначально заявили «спасибо, не хотим» [обращаться в третейский суд — прим.ред.], почему суд не обратился к пленуму? Там сказано, что государственный суд выполняет ревизирующую функцию, — ответил Солодков.

Еще судья Завьялова спросила, четко ли в договоре прописали условие об альтернативе в выборе суда. Судья заметила, что оппоненты толкуют договор иным образом. На это Солодков ответил, что, по его мнению, если сторона заявила возражения, то договор следует трактовать в пользу государственного суда.

В итоге экономколлегия отменила определение кассации и оставила в силе акты первой инстанции и апелляции.

Метки записи:  

Оставить комментарий

avatar
  
smilegrinwinkmrgreenneutraltwistedarrowshockunamusedcooleviloopsrazzrollcryeeklolmadsadexclamationquestionideahmmbegwhewchucklesillyenvyshutmouth
  Подписаться  
Уведомление о