Вопросы юристу


Верховный Суд обобщил практику по лизинговым спорам

В Обзор вошли позиции о правовой квалификации и толковании условий, о заключении договора, его исполнении, вопросы о последствиях нарушения обязательств лизингополучателем, о действительности условий договора, а также позиции о страховании и банкротстве

Верховный Суд обобщил практику по лизинговым спорам

Один из экспертов отметил, что Обзор направлен на поиск баланса интересов в правоотношениях между лизингодателем и лизингополучателем. Другой подчеркнул, что в Обзоре имеется достаточное число интересных позиций, с которыми следует ознакомиться практикующим юристам и специалистам в данной области. Третья отметила, что на примере конкретных споров определена правовая позиция по неоднозначным в судебной практике вопросам, связанным с лизингом.

Верховный Суд РФ подготовил Обзор судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизингом), в который вошли 39 правовых позиций.

Правовая квалификация и толкование условий, заключение договора

В п. 1 Обзора ВС отметил, что платежи по договору выкупного лизинга по общему правилу включают в себя сумму предоставленного лизингодателем финансирования и вознаграждение за названное финансирование, зависящее от продолжительности пользования им. При этом данные платежи не могут быть разделены на плату за пользование предметом лизинга и его выкупную стоимость. Наряду с этим подчеркивается, что сделка по передаче договора лизинга, не содержащая условия о выплате вознаграждения первоначальному лизингополучателю, предполагается возмездной, пока иное не будет доказано заинтересованным лицом (Определение № 306-ЭС21-5668).

Согласно п. 2, при расторжении договора выкупного лизинга, заключенного между лизингодателем и сублизингодателем, необходимо определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой (установить сальдо встречных обязательств) как по данному договору, так и по договору выкупного сублизинга (Определение № 301-ЭС21-10601).

В п. 3 зафиксировано, что если имущественные интересы сторон договора, избранный ими способ удовлетворения этих интересов и предусмотренное договором распределение рисков между сторонами соответствуют предмету договора выкупного лизинга, то к отношениям сторон независимо от указанного ими наименования квалифицируемого договора и названия сторон могут быть применены положения закона, регулирующие выкупной лизинг.

ВС пояснил, что заключение между лизингодателем и лизингополучателем отдельного договора купли-продажи предмета лизинга не требуется, поскольку в случае заключения договора выкупного лизинга по общему правилу право собственности на предмет лизинга переходит к лизингополучателю после уплаты всех лизинговых платежей (п. 4 Обзора).

Как указано в п. 5, отсутствие в договоре лизинга индивидуально определенных признаков предмета лизинга не свидетельствует о его незаключенности, если в договоре установлены родовые признаки, позволяющие конкретизировать предмет лизинга на момент исполнения договора.

Исполнение договора

В п. 6 ВС указал, что лизингодатель по общему правилу не отвечает за невозможность использования предмета лизинга, приобретенного у выбранного лизингополучателем продавца. В названных случаях лизингополучатель не освобождается от обязанности по уплате лизинговых платежей, но вправе предъявлять непосредственно продавцу требования, связанные с ненадлежащим исполнением им договора.

В п. 7 отмечается, что лизингодатель отвечает перед лизингополучателем за убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства выбранным лизингополучателем продавцом, если предмет лизинга не был передан продавцом или передан с недостатками по обстоятельствам, зависящим от лизингодателя, не проявившего должную степень осмотрительности (Определение № 305-ЭС19-18275).

В соответствии с п. 8 уклонение лизингодателя от содействия лизингополучателю в предъявлении требований к продавцу при обнаружении существенных неустранимых недостатков предмета лизинга может быть признано существенным нарушением договора лизинга, при котором лизингополучатель вправе требовать его расторжения.

В следующем пункте ВС обратил внимание на право лизингополучателя требовать от продавца соразмерного уменьшения покупной цены в случае поставки предмета лизинга с нарушениями, в частности в отношении качества и комплектности.

В п. 10 Верховный Суд подчеркивает, что лизинговые платежи, уплаченные лизингодателю за период невозможности пользования предметом лизинга, не могут быть включены в состав убытков (реального ущерба) лизингополучателя, подлежащих взысканию с продавца за поставку товара ненадлежащего качества. Суд добавил, что в состав реального ущерба могут быть включены, в частности, расходы лизингополучателя на устранение недостатков предмета лизинга, аренду замещающего имущества.

Наличие у лизингодателя права требования к продавцу о возврате покупной цены по расторгнутому договору купли-продажи лизингового имущества само по себе не является основанием для отказа в удовлетворении требований лизингодателя к лизингополучателю о возврате предоставленного финансирования (п. 11 Обзора).

В п. 12 ВС разъяснил, что лизингополучатель вправе требовать возмещения лизингодателем убытков, причиненных незаконным расторжением договора лизинга или изъятием предмета лизинга.

Последствия нарушения обязательств лизингополучателем

Как отмечается в п. 13, суд вправе отказать в изъятии предмета лизинга у лизингополучателя при расторжении договора лизинга, если допущенное лизингополучателем нарушение незначительно, размер задолженности явно несоразмерен стоимости изымаемого имущества и лишение лизингополучателя возможности владеть и пользоваться предметом лизинга способно привести к наступлению для него значительных имущественных потерь.

Верховный Суд указал, что при соотнесении взаимных предоставлений сторон по договору выкупного лизинга, совершенных до момента его расторжения, и определении сальдо из причитающихся лизингодателю требований подлежат исключению суммы лизинговых платежей (неустоек, процентов), в отношении которых имеются вступившие в законную силу и подлежащие принудительному исполнению судебные акты об их взыскании по тому же договору, но фактически не уплаченные лизингополучателем на момент рассмотрения дела (п. 14 Обзора).

В следующем пункте ВС обратил внимание, что при разрешении спора об имущественных последствиях исполнения и расторжения нескольких взаимосвязанных договоров выкупного лизинга подлежит определению совокупный сальдированный результат. Установление сальдо взаимных обязательств сторон в таком случае не является зачетом встречных однородных требований по смыслу ст. 410 ГК РФ, пояснено в Обзоре.

В п. 16 разъяснено, что само по себе расторжение договора лизинга и изъятие предмета лизинга не является основанием для прекращения начисления неустойки за просрочку внесения лизинговых платежей.

Исходя из п. 17, по общему правилу финансирование по договору выкупного лизинга в случае его расторжения считается возвращенным в соответствующем размере лизингодателю с момента продажи предмета лизинга, но не позднее истечения разумного срока, необходимого для его реализации.

В п. 18 устанавливается, что непринятие лизингодателем разумных мер для скорейшей реализации предмета лизинга в ситуации наличия спроса на вторичном рынке может свидетельствовать о неразумности его действий и выступать основанием для определения стоимости возвращенного предмета лизинга на основании отчета оценщика, в том числе при продаже предмета лизинга на торгах. При этом указывается, что плата за финансирование в таком случае начисляется до даты истечения разумного срока организации продажи предмета лизинга.

В п. 19 ВС подчеркнул, что если продажа предмета лизинга произведена по результатам торгов, то цена его реализации предполагается рыночной, пока лизингополучателем не будет доказано нарушение порядка проведения торгов, в частности непрозрачность их условий, отсутствие гласности, ограничение доступа к участию в торгах и так далее.

В п. 20 рассматривается ситуация, в которой продажа предмета лизинга произведена без проведения открытых торгов. В таком случае при существенном расхождении между ценой реализации предмета лизинга и рыночной стоимостью на лизингодателя возлагается бремя доказывания разумности и добросовестности его действий при организации продажи предмета лизинга.

В случае если лизингодатель продал предмет лизинга на более выгодных условиях, чем приобрел, ввиду увеличения его рыночной стоимости, дополнительная выгода при расчете сальдо взаимных предоставлений учитывается в счет возврата финансирования и удовлетворения иных требований лизингодателя, а в оставшейся части – причитается лизингополучателю (п. 21 Обзора).

Пункт 22 Обзора разъясняет, что суммы налогов, уплаченных лизингодателем в связи с продажей предмета лизинга, изъятого у лизингополучателя, по общему правилу не могут рассматриваться в качестве убытков лизинговой компании и не учитываются при определении сальдо встречных предоставлений.

Верховный Суд установил, что исковая давность по требованиям как лизингополучателя, так и лизингодателя об исполнении завершающего обязательства одной стороны в отношении другой в случае расторжения договора лизинга по общему правилу исчисляется с момента реализации предмета лизинга (п. 23 Обзора).

В соответствии с п. 24 при утрате предмета лизинга вследствие хищения, конструктивной гибели и иных подобных событий, влекущих невозможность удовлетворения имущественного интереса лизингополучателя по договору выкупного лизинга, как лизингодатель, так и лизингополучатель вправе потребовать исполнения завершающей договорной обязанности в размере сложившегося сальдо встречных обязательств, определенного в том числе с учетом стоимости предмета лизинга, возмещенной страховой компанией лизингодателю.

Действительность условий договора

В п. 25 Обзора ВС подчеркнул, что имущественные последствия расторжения договора лизинга могут быть урегулированы по соглашению сторон в установленных законом пределах свободы договора (Определение № 310-ЭС15-4563).

Согласно п. 26, условие договора об уплате лизинговых платежей, причитающихся до окончания действия договора, несмотря на его расторжение и досрочный возврат финансирования, противоречит существу законодательного регулирования отношений сторон по договору выкупного лизинга и является ничтожным.

Верховный Суд отметил, что условие договора лизинга о преимущественном удовлетворении требований лизингодателя по неустойке перед погашением основного долга является ничтожным (п. 27 Обзора).

В следующем пункте поясняется, что условия договора лизинга, ставящие лизингодателя в заведомо лучшее положение, чем он находился бы при надлежащем исполнении договора лизинга, и навязанные лизингополучателю при заключении договора, с учетом конкретных обстоятельств дела могут быть признаны ничтожными на основании ст. 10 и 168 ГК РФ.

В п. 29 указывается, что условия договора лизинга, предусматривающие возможность пересмотра лизингодателем в одностороннем порядке размера лизинговых платежей в связи с изменением курса валют, являются действительными, если пределы возможного изменения размера платежей по договору и обстоятельства, влекущие эти изменения, были известны лизингополучателю при заключении договора.

Страхование

Верховный Суд в Определении № 307-ЭС20-3220 установил, что страховщик не вправе требовать с лизингополучателя возмещения суммы, выплаченной лизингодателю, в порядке суброгации, если по условиям договора страхования защищается как лизингодатель, так и лизингополучатель (п. 30 Обзора).

В п. 31 утверждается, что, в случае если лизингодатель отказывается или уклоняется от совершения действий, необходимых для получения страхового возмещения, лизингополучатель вправе требовать от лизингодателя уступить ему право требования выплаты страхового возмещения, а в случае отказа или несовершения данных действий в разумный срок – вправе приостановить внесение лизинговых платежей.

Суд разъяснил, что к лизингополучателю, уплатившему все лизинговые платежи по договору выкупного лизинга, переходят права страхователя в том числе по страховым случаям, возникшим до приобретения права собственности на предмет лизинга (п. 32 Обзора).

Банкротство

Согласно п. 33, требование лизингодателя к лизингополучателю, в отношении которого введена процедура банкротства, об изъятии предмета лизинга в связи с досрочным расторжением договора лизинга подлежит рассмотрению в исковом порядке вне рамок дела о банкротстве.

В Определении № 305-ЭС20-8917 (3) ВС обратил внимание, что уплата лизингополучателем, признанным банкротом, лизинговых платежей в целях выкупа предмета лизинга и его включения в конкурсную массу сама по себе не свидетельствует об оказании лизингодателю предпочтения. Суд пояснил, что лизингодатель, являющийся собственником предмета лизинга, вправе получить исполнение, минуя установленный данным законом порядок удовлетворения требований кредиторов (п. 34 Обзора).

В следующем пункте отмечается, что односторонний отказ лизингодателя от исполнения договора лизинга и изъятие предмета лизинга сами по себе не свидетельствуют о наличии оснований для признания отказа недействительным по правилам п. 1, 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. ВС уточнил, что в соответствии с данными положениями недействительными могут быть признаны условия договора лизинга (соглашения о его расторжении), ущемляющие лизингополучателя в праве на получение сальдо встречных предоставлений по договору.

Включение требования лизингодателя об уплате лизинговых платежей в реестр требований кредиторов лизингополучателя по нерасторгнутому договору лизинга не препятствует удовлетворению требования лизингодателя о возврате предмета лизинга, разъяснил Суд в п. 36. Он добавил, что во избежание двойного удовлетворения требований лизингодателя после фактического возврата предмета лизинга производится корректировка реестра.

Исходя из п. 37 Обзора, установленный п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве срок закрытия реестра требований кредиторов не продлевается и не подлежит восстановлению в случае, если лизингодатель, заявивший о досрочном расторжении договора лизинга до открытия конкурсного производства, не осуществил продажу предмета лизинга. Подчеркивается, что в указанном случае требование лизингодателем может быть заявлено исходя из условной (рыночной) оценки стоимости предмета лизинга и подлежит корректировке в случае последующей продажи имущества по иной стоимости.

В п. 38 рассматривается вопрос об оспаривании соглашения о передаче лизингополучателем прав и обязанностей по договору лизинга по основанию, предусмотренному п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. ВС указал, что в таком случае факт причинения вреда имущественным правам кредиторов устанавливается путем определения соотношения между коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и размером встречного предоставления нового лизингополучателя.

В заключительном пункте Обзора ВС указал, что при применении последствий недействительности соглашения о передаче прав и обязанностей по договору лизинга, обязательства по которому были исполнены последующим лизингополучателем, с него может быть взыскана действительная стоимость договорной позиции на момент ее приобретения. Должник не вправе ставить вопрос о взыскании в свою пользу разницы между стоимостью предмета лизинга на момент передачи договоров новому лизингополучателю и стоимостью такого же имущества на момент рассмотрения спора, отметил Суд (Определение № 306-ЭС15-7380).

Эксперты прокомментировали правовые позиции Суда

Адвокат АБ «Синум АДВ» Никита Глушков отметил, что Обзор направлен на поиск баланса интересов в правоотношениях между лизингодателем и лизингополучателем.

Так, эксперт указал, что п. 13 предусматривает, что суд вправе отказать лизингодателю в требовании о расторжении, если лизингополучатель нарушил обязательства незначительно. По мнению Никиты Глушкова, теперь лизингодателю будет сложнее расторгнуть договор.

С другой стороны, эксперт подчеркнул, что Верховный Суд РФ в очередной раз подтвердил, что предмет лизинга не подлежит включению в конкурсную массу в случае банкротства лизингополучателя (п. 34), а включение лизингодателя в реестр лизингополучателя-банкрота не лишает права лизингодателя требовать возврата предмета лизинга (п. 36).

Никита Глушков обратил внимание, что в юридическом сообществе имеет место дискуссия по данной проблеме, которая недавно обострилась в связи с принятием Определения № 305-ЭС20-8917 (3). Как пояснил эксперт, ВС указал, что в случае нарушения должником его обязательств и расторжения договора лизинга имущество не включается в конкурсную массу, а остается в собственности кредитора. Никита Глушков отметил, что критика данного подхода основана на оценке договора выкупного лизинга в качестве титульного обеспечения, то есть при банкротстве должника предмет титульного обеспечения по аналогии с залогом подлежит включению в конкурсную массу.

Он поддержал позицию Верховного Суда РФ, поскольку обеспечительную передачу права собственности следует отличать от резервирования титула (reservation of title). «Опыт Великобритании и Германии показывает, что имущество, находящееся во владении должника по договору с резервированием титула за продавцом, до его полной оплаты не является частью конкурсной массы должника», – поделился Никита Глушков.

Партнер практики по разрешению споров компании BCLP Иван Веселов заметил, что Обзор был выпущен ВС РФ как нельзя кстати: «Медлить дальше уже больше было нельзя. С момента выхода в свет Постановления Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014 г. № 17 прошло уже значительное количество времени, и тот новаторский подход, заложенный ВАС РФ, стал применяться судами разнонаправленно».

Иван Веселов указал, что судебная практика по многим вопросам стала противоречивой. Так, по одному и тому же вопросу, рассмотренному судом одного округа, могли иметься судебные акты с диаметрально противоположной позицией, пояснил эксперт. При этом он с сожалением отметил, что ВС РФ рассматривал относительно малое количество вопросов, касающихся лизинга.

По мнению Ивана Веселова, в Обзоре имеется достаточное число интересных позиций, с которыми следует ознакомиться практикующим юристам и специалистам в данной области. «Хочется надеяться, что позиции Обзора ВС РФ будут восприняты нижестоящими судами без какой-либо “раскачки” и проявления волюнтаризма. Это позволит обеспечить баланс интересов лизингодателей и лизингополучателей», – заключил Иван Веселов.

Управляющий партнер «Легес-Бюро» Мария Спиридонова отметила, что на примере конкретных споров ВС представил правовые позиции по неоднозначным в судебной практике вопросам, связанным с лизингом. Она посчитала значимой позицию ВС относительно лизинговых платежей, совершенных как незадолго до, так и во время банкротства. В ряде случаев отступление от очередности и совершение лизинговых платежей в целях выкупа оборудования может иметь смысл в ситуации, если при помощи данного оборудования должник впоследствии планирует вести свою производственную деятельность, выйти из кризиса и восстановить платежеспособность, что позволит сохранить бизнес, сотрудников на местах, пояснила эксперт.

Более того, сохранение возможности использования лизингового имущества должником и (или) выкупа предмета лизинга в определенных случаях может приводить к увеличению стоимости активов должника, что позволит реализовать имущество, покрыв расходы, указала Мария Спиридонова. «Данный подход, безусловно, важен в условиях нестабильной экономической ситуации, отягощенной ограничительными мерами для многих лизинговых компаний, пребывающих в сложном финансовом положении», – прокомментировала эксперт.

Метки записи:   ,

Оставить комментарий

avatar
  
smilegrinwinkmrgreenneutraltwistedarrowshockunamusedcooleviloopsrazzrollcryeeklolmadsadexclamationquestionideahmmbegwhewchucklesillyenvyshutmouth
  Подписаться  
Уведомление о