Адвокат добился десятикратного увеличения присужденной оправданному компенсации морального вреда

При повторном рассмотрении дела апелляционная инстанция сослалась на практику ЕСПЧ и присудила реабилитированному 300 тыс. руб.

Адвокат добился десятикратного увеличения присужденной оправданному компенсации морального вреда

В комментарии «АГ» адвокат Руслан Айдамиров, представлявший интересы оправданного, отметил, что, несмотря на то что его доверитель полгода незаконно провел в СИЗО, а потом год под подпиской о невыезде, добиться справедливости удалось только при пересмотре дела. Присужденная сумма, добавил адвокат, будет хорошим подспорьем его доверителю, чтобы начать сознательную жизнь.

Член Совета АП Ленинградской области Руслан Айдамиров рассказал «АГ», как ему удалось добиться десятикратного увеличения размера присужденной его оправданному доверителю компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование

Как ранее писала «АГ», в ноябре 2015 г. В. Никандров и Р. Мустаков, будучи в состоянии опьянения, а также Сергей Вилошкин, находясь в лесу недалеко от деревни Ольеши Ленинградской области, нанесли А. Ершову удары ногами и руками, а также не менее 12 ударов ножом в грудь, спину и шею. Вследствие кровопотери от полученных ранений Ершов умер на месте. После этого все трое спрятали труп в лесу. При этом суд установил, что ножом погибшего били только Никандров и Мустаков. Виновным в совершении преступления никто из них себя не признавал.

В марте 2017 г. по итогам рассмотрения дела в Ленинградском областном суде с участием присяжных заседателей Мустаков и Никандров были признаны виновными в убийстве и приговорены к 12 и 8 годам лишения свободы соответственно. Вилошкина, которого защищал Руслан Айдамиров, присяжные оправдали: за ним было признано право на реабилитацию.

Взыскание компенсации морального вреда: первая инстанция

В январе 2018 г. Сергей Вилошкин обратился в Приморский районный суд г. Санкт-Петербурга с иском о взыскании с Минфина России компенсации морального вреда в 1 млн руб. и судебных расходов в 10 тыс. руб.

В обоснование требований он указал, что в отношении него СУ СК России по Ленинградской области было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ. В феврале 2016 г. в отношении него была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, в июне того же года он был освобожден под подписку о невыезде, а в марте 2017 г. оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Сергей Вилошкин отметил, что незаконными действиями должностных лиц, осуществлявших уголовное преследование, ему был причинен моральный вред, поскольку на момент привлечения к ответственности он учился в техникуме, ранее к ответственности не привлекался, а кроме того, не достиг совершеннолетия.

Также он указал, что продолжительность производства по уголовному делу составила около полутора лет, в течение которых он пребывал в постоянном нервном напряжении, испытывая страх за свое будущее, обиду, возмущение из-за незаконного привлечения к уголовной ответственности. Истец добавил, что испытывал чувство подавленности из-за того, что были опорочены его честное имя и репутация. Кроме того, ему не были принесены извинения от имени государства.

Адвокат Вилошкина Руслан Айдамиров в суде исковые требования поддержал. Представитель Минфина в свою очередь посчитала размер заявленной компенсации завышенным. Представитель СК, возражая против удовлетворения иска, указала, что Следственное управление признает право истца на реабилитацию, но тот обязан доказать обстоятельства, на которые он ссылается, а они представлены не были.

В судебном заседании в качестве свидетеля была заслушана мать реабилитированного. Она отметила, что сын находился в упадке – переживал, нервничал, его лицо было постоянно опухшим и оттекшим, возникли проблемы с приемом пищи.

При вынесении решения суд принял во внимание обстоятельства обвинения истца, его несовершеннолетний возраст на момент привлечения к уголовной ответственности, данные о личности и конкретные обстоятельства дела. «Вместе с тем довод об ухудшении состояния здоровья Вилошкина С.Ю. во время уголовного преследования суд находит несостоятельным, так как в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ достоверных доказательств того, что состояние здоровья <…> ухудшилось в связи с осуществлением предварительного расследования и судебного следствия, суду не представлено», – отметила первая инстанция.

Также суд сослался на п. 21 Постановления Пленума ВС от 29 ноября 2011 г. № 17, в котором указано, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями данного лица, и иные заслуживающие внимания обстоятельства (продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения и т.д.), а также требования разумности и справедливости.

«Таким образом, факт причинения нравственных страданий истцу, незаконно подвергшемуся уголовному преследованию, не нуждается в подтверждении дополнительными доказательствами», – подчеркнул суд. Руководствуясь положениями ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, первая инстанция взыскала с Минфина в пользу реабилитированного компенсацию морального вреда в размере 30 тыс. руб. и расходы на оплату услуг представителя – 10 тыс. руб.

Апелляция поддержала решение первой инстанции

Не согласившись с решением, Сергей Вилошкин обжаловал его в апелляцию. В жалобе он просил взыскать компенсацию морального вреда в заявленном им размере. Кроме того, от Руслана Айдамирова поступило ходатайство о взыскании судебных расходов в размере 30 тыс. руб., понесенных его доверителем на оплату услуг представителя в апелляционной инстанции.

Представитель Минфина вновь просил отменить решение суда как незаконное в связи с нарушением норм процессуального права, полагая, что истцом не представлено доказательств причинения ему нравственных страданий.

Заслушав стороны, Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда отметила, что размер компенсации морального вреда в 30 тыс. руб. установлен судом в соответствии с требованиями законодательства. Она указала, что системное толкование положений ст. 1070 и 1100 ГК свидетельствует о том, что законодатель презюмирует причинение лицу морального вреда самим фактом незаконного уголовного преследования. Доказыванию в данном случае подлежит лишь размер компенсации.

Суд отметил, что доводы апелляционных жалоб не содержат данных, которые не были бы проверены первой инстанцией при рассмотрении дела, но имели бы существенное значение для его разрешения, или сведений, опровергающих выводы суда, и не могут являться основанием к отмене или изменению решения. Кроме того, при рассмотрении дела нижестоящий суд не допустил нарушения или неправильного применения норм материального или процессуального права.

Также апелляционная инстанция указала, что согласно п. 11, 12, 13 Постановления Пленума ВС от 21 января 2016 г. № 1 расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Суд подчеркнул, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Таким образом, судебная коллегия взыскала в пользу истца с Минфина 5 тыс. руб. Решение первой инстанции было оставлено без изменений.

Истец посчитал присужденную сумму несправедливой

Обжалуя решение в Президиум Санкт-Петербургского городского суда, Сергей Вилошкин указал, что по итогам судебных разбирательств, после вычета судебных расходов, за полтора года, из которых он свыше 4 месяцев провел под стражей, ему присудили 5 тыс. руб.

Заявитель подчеркнул, что привлечение к уголовной ответственности и заключение под стражу неизбежно причиняют стресс и страдания всякому законопослушному человеку. В данном случае его страдания были усилены многократно вследствие юного возраста, разлуки с родителями, отсутствия жизненного опыта и навыков общения в криминальной среде, а также осознанием того, что лишения он претерпевает, будучи невиновным.

Сергей Вилошкин добавил, что живет в небольшом поселке, где сведения о том, что он обвиняется в убийстве, сразу стали известны жителям, среди которых большое количество людей, мыслящих консервативно, и полагающих, что правоохранители не ошибаются. Вплоть до вынесения приговора он испытывал подавленность от того, что были опорочены его честное имя и репутация.

В кассационной жалобе заявитель сослался на определение Санкт-Петербургского городского суда от 4 декабря 2017 г. по делу № 33-26009/2017, которым в пользу истицы было взыскано 250 тыс. руб., притом что она ни дня не провела под стражей.

Сергей Вилошкин попросил изменить решение, взыскав с Минфина 1 млн руб. компенсации морального вреда и 40 тыс. руб. процессуальных издержек.

Вынося постановление, Президиум Санкт-Петербургского городского суда указал, что нельзя согласиться с тем, что ухудшение здоровья Сергея Вилошкина не связано с осуществлением предварительного и судебного следствия.

Кассация отметила, что в п. 8 Постановления Пленума ВС от 20 декабря 1994 г. № 10 разъяснено, что размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может зависеть от размера возмещенных материальных требований.

Кроме того, суд сослался на ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентную практику ЕСПЧ, согласно которым понятие «семейная жизнь» не относится исключительно к основанным на браке отношениям и может включать другие семейные связи, в том числе между родителями и совершеннолетними детьми. «Однако судами первой и апелляционной инстанций нормы Конвенции о защите прав человека и основных свобод и разъяснения вышеприведенного постановления Пленума при разрешении спора применены не были», – подчеркивается в постановлении.

Также в п. 2 и 4 Постановления № 10 разъясняется, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий.

Кассационная инстанция также указала, что суды при определении размера компенсации не приняли во внимание личность истца, который ранее не привлекался к уголовной ответственности, являлся добропорядочным членом общества, учился в техникуме, в связи с чем незаконное привлечение его к ответственности за особо тяжкое преступление и длительное нахождение под стражей явились существенным психотравмирующим фактором.

В итоге апелляционное определение в части взыскания в пользу заявителя компенсации морального вреда в 30 тыс. руб. было отменено, а дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.

Повторное рассмотрение в апелляции и мнение адвоката

31 января при повторном рассмотрении дела Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда отметила, что, указывая на неправомерное длительное содержание под арестом и ненадлежащие условия содержания, истец апеллировал к международной практике, однако нормы Конвенции в совокупности с положениями ст. 151 ГК применены не были.

В итоге суд определил с учетом практики ЕСПЧ взыскать в пользу заявителя компенсацию из расчета 2000 руб. за сутки содержания под стражей, а также 200 руб. за сутки подписки о невыезде и надлежащем поведении, что составило 300 тыс. руб.

В комментарии «АГ» Руслан Айдамиров с сожалением отметил, что сложившаяся практика не позволяет предположить, какое решение примет суд. «Несмотря на то что человек полгода незаконно находился в СИЗО, а потом год под подпиской о невыезде, добиться справедливости удалось только в Президиуме Санкт-Петербургского городского суда», – указал он.

Адвокат добавил, что его доверитель доволен присужденной компенсацией, поэтому апелляционное определение обжаловано не будет. «За период, пока шел судебный процесс, он успел отслужить в армии. Присужденная сумма будет хорошим подспорьем, чтобы начать сознательную жизнь», – заключил он.

Метки записи:   ,

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о