Вопросы юристу


Защита добилась прекращения уголовного преследования по делу об убийстве несовершеннолетнего

Следователь вынес соответствующее постановление после того, как защитники обвиняемого доказали, что свидетельские показания против него были даны под давлением

Защита добилась прекращения уголовного преследования по делу об убийстве несовершеннолетнего

В комментарии «АГ» защитники рассказали об особенностях данного уголовного дела, отметив: ключевым являлось то, что они смогли доказать, что один из участников событий дал показания в отношении их доверителя под давлением.

Как стало известно «АГ», в конце 2021 г. следователь по расследованию ОВД СУ СК РФ по Иркутской области вынес постановление (имеется у «АГ») о прекращении уголовного преследования в деле об убийстве в связи непричастностью обвиняемого Т. к совершению преступления. Адвокаты АП Иркутской области Станислав Орловский и Андрей Степанов рассказали о том, как им удалось доказать непричастность их доверителя.

Пожар и исчезновение несовершеннолетнего

В ночь на 19 января 2008 г. в доме на дачном участке, где на тот момент находился среди прочих несовершеннолетний З., произошел пожар, в результате которого дом был полностью уничтожен огнем, а сам З. безвестно исчез. При проведении неоднократных осмотров остова сгоревшего дома трупа или обгоревших останков человека обнаружено не было. После пожара и до настоящего времени местонахождение З. не установлено.

В марте 2008 г. в следственном отделе по г. Ангарску СУ СК при Прокуратуре РФ по Иркутской области было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 105 УК РФ по факту безвестного исчезновения З. Срок предварительного следствия по делу неоднократно продлевался. В 2020 г. по подозрению в причастности к преступлению был задержан Т., который был среди присутствующих в доме до пожара. Однако после задержания Т. отрицал свою причастность к исчезновению З. и вскоре был отпущен.

Тем не менее 6 апреля 2021 г. Т. был задержан вновь, на этот раз в качестве подозреваемого в совершении убийства. Основанием к задержанию послужили те обстоятельства, что очевидцы указали на него как на лицо, якобы убившее З. Так, свидетель С., который изначально сообщал следствию, что Т. находился в их компании в ночь происшествия, изменил свои показания, заявив, что он якобы видел, как Т. задушил З., а его тело вывез на своей машине. Свидетели Б. и С. заявляли следствию о том, что они опасаются, что Т. будет угрожать им в связи с тем, что они дали показания против него.

Суд отказал в помещении подозреваемого под стражу

Следователь ходатайствовал об избрании Т. меры пресечения в виде заключения под стражу, обосновывая это тем, что тот подозревается в совершении преступления, относящегося к категории особо тяжких, за совершение которого действующим уголовным законодательством предусмотрено наказание исключительно в виде лишения свободы. Следователь отмечал, что преступление имеет повышенную степень общественной опасности, так как совершено в отношении несовершеннолетнего и длительное время, несмотря на принятые меры, оставалось нераскрытым.

«О совершенном преступлении Т. в правоохранительные органы не сообщил, скрыв свою причастность и осведомленность к его совершению и приняв исчерпывающие меры к сокрытию трупа З. и иных следов совершенного преступления», – указывал следователь. Он подчеркивал, что у органов предварительного следствия имеются достаточные основания полагать, что Т. может скрыться от следствия, а в дальнейшем от суда, чем существенно осложнит производство по уголовному делу. Кроме того, по мнению следователя, подозреваемый, находясь на свободе, может угрожать участникам уголовного судопроизводства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Подозреваемый и его защитник по назначению – адвокат АП Иркутской области Александр Хмельков возражали против такой меры пресечения, отмечая, что Т. не намерен скрываться от органов следствия, как и не намерен оказывать давление на других участников производства по делу или принимать меры к сокрытию следов преступления.

11 апреля 2021 г. Ангарский городской суд вынес постановление (имеется у «АГ»), которым отказал в удовлетворении ходатайства следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу. На данном этапе адвокаты АП Иркутской области Станислав Орловский и Андрей Степанов приняли защиту Т.

Рассматривая ходатайство, суд напомнил, что избрание в качестве меры пресечения заключения под стражу допускается только после проверки судом обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению. Суд отметил, что не входит в обсуждение вопроса о квалификации содеянного и доказанности виновности подозреваемого, однако удостоверился, что в представленном материале имеется совокупность данных, свидетельствующих о законности задержания и причастности Т. к совершенному преступлению, которые содержатся в протоколах допроса свидетелей Б. и С.

Суд отметил, что подозреваемый имеет устойчивые социальные связи, не судим, к административной ответственности не привлекался, имеет постоянное место работы. Кроме того, Т. в течение длительного времени не предпринимал попыток скрыться и оказать воздействие на участников дела, а, напротив, являлся по вызовам следователя. Поэтому суд критически отнесся к заявлениям Б. и С. о том, что они опасаются подозреваемого, посчитав их не имеющими под собой какого-либо фактического обоснования. Суд подчеркнул, что тяжесть выдвинутого подозрения при установленных обстоятельствах сама по себе не может свидетельствовать, что Т. скроется от следствия и суда.

Апелляция согласилась, что оснований для помещения в СИЗО нет

13 апреля 2021 г. следователь вынес постановление о привлечении Т. в качестве обвиняемого (имеется у «АГ»). По версии следствия, в день происшествия в процессе распития спиртных напитков у Т. и З. произошла ссора, в ходе которой у Т. возник умысел на причинение смерти З. Так, Т. при пособничестве иного неустановленного лица обхватил своей рукой З. за шею и, применяя физическую силу, задушил его. Затем с целью сокрытия следов совершенного им преступления Т. поместил тело З. в автомобиль и перевез в неустановленного место, где скрыл тело.

Таким образом, Т. было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ. В отношении обвиняемого была избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке.

После этого мать З., признанная потерпевшей, и прокуратура обжаловали решение первой инстанции об отказе в удовлетворении ходатайства следователя о помещении Т. под стражу. Так, потерпевшая в апелляционной жалобе настаивала, что суд не учел, что Т. совершил особо тяжкое преступление против жизни и здоровья в отношении несовершеннолетнего в составе группы лиц, что существенно повышает общественную опасность. В апелляционном представлении старший помощник прокурора отмечал, что согласно материалу, представленному суду, имелись обоснованные подозрения в отношении совершения Т. преступления.

В возражениях на апелляционные жалобу и представление адвокат Андрей Степанов приводил мотивы, по которым указывал, что доводы, приведенные в апелляционном представлении и апелляционной жалобе, – несостоятельные, подлежащие отклонению, а вынесенное судом постановление – законное и обоснованное.

Апелляция не установила каких-либо данных, опровергающих выводы первой инстанции. Суд посчитал, что вопреки доводам апелляционных жалобы и представления обстоятельств, позволяющих избрать Т. меру пресечения в виде заключения под стражу, материалы дела не содержат. Апелляция отметила, что постановление суда первой инстанции отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, разъяснениям, данным в Постановлении Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 г. № 41.

Адвокаты доказали давление на свидетелей со стороны следствия

В дальнейшем Станиславу Орловскому и Андрею Степанову стало известно, что свидетель С., являющийся одним из участников событий, дал показания в отношении их доверителя под давлением. Адвокаты рассказали «АГ», что, как они выяснили, начиная с 2020 г. следователями были приняты меры по оказанию давления на всех, кто в день исчезновения З. видел его живым. «Свидетель С. давал показания, что якобы написал в суд заявление о том, что опасается нашего доверителя, в связи с чем просил избрать в отношении него меру пресечения в виде заключения под стражу», – поделились защитники. Данное обстоятельство адвокаты использовали для заявления ходатайства о проведении очной ставки со свидетелем С. в целях опровержения ранее сделанного им заявления. Следователь удовлетворил ходатайство защитников и провел очную ставку, в ходе которой С. отказался от своих прежних показаний и подтвердил, что заявлял о том, что видел, как Т. совершил убийство, под давлением органов следствия.

Затем было проведено несколько экспертиз по факту обнаружения личных вещей, в числе которых, например, были автомобильные коврики, предположительно принадлежавшие обвиняемому. После того как результаты экспертиз были получены, следователь прекратил уголовное преследование Т. Он указал, что за период предварительного следствия допрошено свыше 300 свидетелей, проведены неоднократные осмотры места происшествия, осмотры местности. Был проведен обширный комплекс оперативно-розыскных и оперативно-технических мероприятий, направленных на проверку возможных версий совершения преступления в отношении З., а также на установление лица, причастного к безвестному исчезновению последнего, однако достаточной совокупности объективных данных о лице, причастном к преступлению, получено не было.

В ходе предварительного следствия были получены от потерпевшей (матери З.) образцы генетического материала, которые были поставлены на учет и проверены по Федеральной базе данных геномной информации ЭКЦ МВД России в режиме «ребенок – родитель». В результате проверки совпадений с генотипами, состоящими на учете, не установлено, пояснил следователь.

В постановлении о прекращении уголовного преследования следователь отметил, что принятыми мерами установить местонахождение З. или его трупа не представилось возможным. Тогда в ходе следствия во все региональные, районные, межрайонные подразделения следственного управления были направлены поручения о проверке наличия уголовных дел, материалов проверок по фактам обнаружения неустановленных трупов, схожих по приметам с З., об установлении лиц, схожих по приметам с потерпевшей, в медицинских учреждениях, диспансерах и приютах на подведомственной территории. Такие же поручения были направлены во все подразделения криминалистики главных следственных управлений и следственных управлений СК по субъектам РФ и специализированных следственных управлений. Аналогичный запрос был направлен в БРНС ГУ МВД России по Иркутской области. Кроме того, были направлены запросы в различные государственные учреждения, ведущие учет граждан по различным критериям. При анализе исполненных поручений не удалось получить какой-либо значимой информации, подытожил следователь.

Так, следователь подчеркнул, что органом предварительного следствия были проведены исчерпывающие мероприятия по установлению местонахождения З., которые положительного результата не принесли. Следователь напомнил, что доказывание состоит в собрании, проверке и оценке доказательств в целях установления обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ. По правилам ч. 1 ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела, отметил он.

Следователь посчитал, что приведенный исчерпывающий комплекс ОРМ и следственных действий, направленных на проверку причастности Т. к совершению преступления в отношении З., в своей совокупности не позволяет органу предварительного следствия сделать однозначные выводы о причастности обвиняемого к совершению особо тяжкого преступления. Таким образом, уголовное преследование Т. было прекращено в связи с непричастностью к совершению преступления.

Комментарии защитников

Станислав Орловский и Андрей Степанов в комментарии «АГ» пояснили, что они приняли защиту доверителя в 2021 г. уже после того, как суд отказался удовлетворять ходатайство следователя о помещении Т. под стражу после его повторного задержания. «Как основную версию следствие рассматривало причастность нашего будущего доверителя, который в 2020 г. был задержан, но после безуспешных попыток получить от него признание был отпущен. В кратчайшие сроки нами были получены и изучены документы, представленные следователем в суд в обоснование своего ходатайства, выработана тактика защиты», – прокомментировали адвокаты.

Защитники рассказали, что ключевым в данном уголовном деле являлось то, что они ходатайствовали о проведении очной ставки, где свидетель С. опроверг ранее сделанное им заявление. Они отметили, что во время предъявления обвинения их доверителю ими следователю было озвучено, что они будут настаивать на выборе суда присяжных. Станислав Орловский и Андрей Степанов полагают, что именно это и привело к тому, что уголовное преследование в отношении их доверителя было прекращено.

Адвокаты также поделились, что в настоящее время они готовят исковое заявление о взыскании компенсации морального вреда и заявление о возмещении судебных расходов на оплату труда адвокатов.

Анжела Арстанова

Метки записи:   ,

Оставить комментарий

avatar
  
smilegrinwinkmrgreenneutraltwistedarrowshockunamusedcooleviloopsrazzrollcryeeklolmadsadexclamationquestionideahmmbegwhewchucklesillyenvyshutmouth
  Подписаться  
Уведомление о