Вопросы юристу


КС не стал рассматривать жалобу экс-президента АП Оренбургской области

Суд посчитал, что положения УПК, закрепляющие виды уголовного преследования, в том числе по делам частно-публичного обвинения, а также порядок возбуждения дела публичного обвинения, какой-либо неопределенности не содержат

КС не стал рассматривать жалобу экс-президента АП Оренбургской области

В комментарии «АГ» Валерий Бодашко отметил, что главный вопрос, который он ставил перед Судом, – противоречие между ч. 3 ст. 20 и ст. 23 УПК, так как ранее КС обращал внимание, что если дело касается коммерческих и некоммерческих организаций, то возбуждение дела в общем порядке может быть только в случае, если затронуты интересы граждан, государства и организаций.

Конституционный Суд опубликовал Определение № 2703-О от 28 декабря 2021 г., которым отказал в принятии к рассмотрению жалобы бывшего президента АП Оренбургской области Валерия Бодашко на нормы УПК, которые, по его мнению, позволяют осуществлять уголовное преследование в отношении лица, выполняющего управленческие функции в негосударственной коммерческой организации в рамках уголовного дела, возбужденного по ст. 204 УК, в отсутствие как заявления такой организации, так и какого-либо причиненного вреда.

Фабула уголовного дела

Как ранее писала
«АГ», в октябре 2019 г. по подозрению в коммерческом подкупе были задержаны два адвоката АП Оренбургской области – Мария Малютина и Наталья Шаранина, которая получила статус адвоката летом того же года. В ноябре по подозрению в совершении коммерческого подкупа задержан был и Валерий Бодашко, а через несколько дней ему предъявили обвинение по п. «в», «г» ч. 7 ст. 204 УК РФ. По версии следствия и суда, 28 мая 2019 г. Валерий Бодашко, на тот момент занимавший должность президента АП Оренбургской области, после включения Натальи Шараниной в список кандидатов на сдачу квалификационного экзамена «за беспрепятственную и успешную сдачу» получил от Шараниной «через одного из знакомых адвокатов, выступившего в роли посредника», 450 тыс. руб.

При этом в октябре 2019 г. Валерий Бодашко в письме к председателю Комиссии Совета ФПА по защите прав адвокатов Генри Резнику сообщал, что сотрудник правоохранительных органов обманом вызвал в УМВД по Оренбургской области адвоката Наталью Шаранину и там «путем фальсификации и психологического давления» пытался создать условия для возбуждения уголовного дела в отношении Марии Малютиной. Позднее ее заключили под стражу. В дальнейшем уголовное дело в ее отношении было прекращено в связи с деятельным раскаянием.

В феврале 2020 г. Наталья Шаранина записала открытое обращение к генпрокурору и председателю СК РФ. Женщина утверждала, что силовые структуры Оренбургской области оказывают на нее давление с целью получения необходимых им показаний на «определенных должностных лиц».

Приговор и его обжалование

5 февраля 2021 г. Центральный районный суд г. Оренбурга признал Валерия Бодашко виновным и приговорил
к 2 млн руб. штрафа за получение коммерческого подкупа в крупном размере. В качестве дополнительного наказания суд на два года запретил экс-руководителю палаты заниматься «адвокатской деятельностью и деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных, административно-хозяйственных полномочий и полномочий в коммерческих и некоммерческих организациях».

При вынесении приговора суд указал, что отсутствие в предъявленном обвинении указания на причинение действиями подсудимых какого-либо вреда, отсутствие указаний на то, кому именно причинен вред и в чем этот вред выражается, не исключает наличие в их действиях состава преступления, поскольку состав преступления, предусмотренный как ч. 3 ст. 204 УК, так и ч. 7 ст. 204 УК, является формальным, диспозиция данной статьи не требует указания на наступление общественно опасных последствий.

По мнению суда, преступление считается оконченным с момента передачи (получения) хотя бы части предмета подкупа и не зависит от наступивших последствий (причинения вреда правам и законным интересам кого-либо) и для квалификации деяния по ст. 204 УК последствия в виде нарушения нормальной деятельности организации, причинения вреда интересам иных организаций или интересам граждан, общества либо государства значения не имеют. Общественная опасность этого деяния состоит именно в незаконном получении лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, предмета коммерческого подкупа за совершение действий (бездействие) в интересах дающего или иных лиц, если указанные действия (бездействие) входят в служебные полномочия такого лица либо если оно в силу своего служебного положения может способствовать указанным действиям (бездействию).

Суд сослался на п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 г. № 24 «О судебной практике по делам взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях», согласно которому уголовное преследование осуществляется на общих основаниях в случаях, когда в результате коммерческого подкупа лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием, вред причинен интересам иных организаций либо интересам граждан, общества или государства. В таком же порядке осуществляется уголовное преследование за коммерческий подкуп в отношении лица, выполняющего управленческие функции на государственном или муниципальном предприятии либо в некоммерческой организации, не являющейся государственным органом, органом местного самоуправления, государственным или муниципальным учреждением.

Суд посчитал, что уголовное дело в отношении Валерия Бодашко, выполнявшего управленческие функции в негосударственной некоммерческой организации, возбуждено соответствии с положениями ст. 146 УПК, при наличии к тому повода и оснований, которыми послужили сообщение о преступлении рапорт об обнаружении признаков преступления и материалы проверки при этом в нем приведены мотивы принятого решения и имеются ссылки на нормы закона.

Положения ст. 23 УПК соблюдены, учитывая, что Бодашко не вменялось совершение действий, которыми причиняется вред коммерческой либо иной организации, а предъявлено обвинение в совершении коммерческого подкупа в интересах дающего – Натальи Шараниной, что не требует подачи заявления руководителем организации либо его согласия, в связи чем уголовное преследование Валерия Бодашко по данному делу осуществлялось на общих основаниях.

Оренбургский областной суд изменил приговор, исключив из числа обстоятельств, смягчающих наказание, отсутствие судимости и совершение преступления впервые. Апелляция также исключила дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с выполнением организационно-распорядительных административно-хозяйственных функций и полномочий в коммерческих и некоммерческих организациях. Таким образом, суд назначил наказание по п. «г» ч. 7 ст. 204 УК с учетом ч. 5 ст. 72 УК в виде штрафа в доход государства в размере 2 млн руб. с дополнительным наказанием в виде лишения права заниматься адвокатской деятельностью на четыре года. Шестой кассационный суд общей юрисдикции оставил
судебные акты без изменений.

Обращение в Конституционный Суд

В конце декабря 2021 г. Валерий Бодашко обратился в Конституционный Суд (жалоба есть у «АГ»). Он отметил, что ст. 204 УК входит в гл. 23 УК «Преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях», где особенности уголовного судопроизводства предопределяются спецификой возбуждения уголовных дел. Как следует из ст. 23 УПК, если деяние, предусмотренное гл. 23 УК, причинило вред интересам исключительно коммерческой или иной организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием либо организацией с участием в уставном (складочном) капитале (паевом фонде) государства или муниципального образования, и не причинило вреда интересам других организаций, а также интересам граждан, общества или государства, то уголовное дело возбуждается по заявлению руководителя данной организации или с его согласия. Обязательный признак коммерческого подкупа – причинение вреда, элемент которого является не формальным, а именно материальным, так как причинение ущерба образует состав преступления только при наличии реального вреда.

Валерий Бодашко сослался на п. 31 Постановления Пленума ВС № 24, согласно которому при рассмотрении дел о преступлениях, предусмотренных ст. 204 УК, если незаконное вознаграждение при коммерческом подкупе получено руководителем такой организации, то его уголовное преследование осуществляется по заявлению или с согласия органа управления организации, в компетенцию которого входит избрание или назначение этого руководителя, а также с согласия члена органа. В случае установления, что преступный вред причинен исключительно частным интересам организации, в которой выполняет управленческие функции виновный, требуется согласие коммерческой организации на возбуждение уголовного дела, что является обязательным условием для возбуждения публичного уголовного преследования. В случае установления в ходе предварительной проверки факта причинения вреда в результате коммерческого подкупа интересам иных организаций либо интересам граждан, общества или государства, уголовное преследование осуществляется на общих основаниях.

«Вместе с тем органом предварительного расследования мне было предъявлено обвинение в незаконном получении денежного вознаграждения, однако не указано на причинение моими действиями ущерба кому-либо», – отметил заявитель. Более того, указал Валерий Бодашко, в обвинительном заключении указано, что ущерба, как и потерпевших по уголовному делу, нет. Он заметил, что на предварительном следствии вообще не выяснялся вопрос, был ли причинен его действиями ущерб либо иной вред каким-либо организации, гражданам, обществу или государству. По уголовному делу никто не был признан потерпевшим.

Валерий Бодашко указал, что АП Оренбургской области в лице ее законного представителя коллегиального исполнительного органа с заявлением о возбуждении уголовного дела в правоохранительные органы не обращалась, согласия на возбуждение уголовного дела не давала. Уголовное дело было возбуждено и.о. руководителя следственного комитета Вячеславом Зудерманом 13 ноября 2019 г. на основании рапорта. «Таким образом, при рассмотрении уголовного дела, в том числе конкретные правоприменительные решения, вынесенные в отношении В.П. Бодашко, свидетельствуют о том, что органы прокуратуры Российской Федерации, Следственный комитет Российской Федерации, а также суды общей юрисдикции допускают применительно к случаям возбуждения уголовных дел по ст. 204 УК РФ и прямо противоположное толкование положений статей ч. 3 ст. 20 и ст. 23 УПК РФ», – отмечалось в жалобе.

По мнению Валерия Бодашко, такое неоднозначное понимание законоположений свидетельствует о наличии неопределенности, дающей возможность неограниченного усмотрения при определении процессуальных прав и обязанностей участников уголовного судопроизводства, что, в свою очередь, означает нарушение вытекающего из Конституции принципа юридического равенства, которое, как неоднократно указывал Конституционный Суд, может быть обеспечено лишь при условии единообразного применения правовых норм, возможного только при наличии их формальной определенности, точности, ясности, недвусмысленности и согласованности в системе действующего правового регулирования.

Он отметил, что доводы КС не были приняты судами во внимание лишь на основании того, что состав преступления, предусмотренный ч. 3 и 7 ст. 204 УК, является формальным, диспозиция данной статьи не требует указания на наступление общественно опасных последствий, а само уголовное дело было возбуждено в соответствии с положениями ст. 146 УПК при наличии к тому повода и оснований, которыми послужили сообщение о преступлении рапорт об обнаружении признаков преступления и материалы проверки.

В связи с этим Валерий Бодашко просил КС признать положения ч. 3 ст. 20, ст. 23, ст. 146 УПК не соответствующими Конституции в той мере, в какой они позволяют осуществлять уголовное преследование по делу, возбужденному по признакам состава преступления предусмотренного ст. 204 УК, в отсутствие заявления негосударственной некоммерческой организации и в отсутствие какого-либо вреда в отношении лица, выполняющего управленческие функции в этой организации, которое должно осуществляться на общих основаниях в случаях, когда в результате коммерческого подкупа таким лицом вред причинен интересам иных организаций либо интересам граждан, общества или государства.

КС посчитал, что неопределенности норм нет

Отказывая в принятии жалобы, Конституционный Суд сослался на абз. 3 п. 31 Постановления Пленума ВС № 24 и указал, что уголовное преследование осуществляется на общих основаниях в случаях, когда в результате коммерческого подкупа лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием, вред причинен интересам иных организаций либо интересам граждан, общества или государства.

Соответственно, отметил КС, оспариваемые положения ст. 23 УПК, равно как и ст. 20 и 146 Кодекса, закрепляющих виды уголовного преследования, в том числе по уголовным делам частно-публичного обвинения, а также порядок возбуждения уголовного дела публичного обвинения, как по своему буквальному смыслу, так и по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, какой-либо неопределенности, допускающей их произвольное применение, не содержат.

Конституционный Суд посчитал, что Валерий Бодашко связывает нарушение своих прав с допущенным, по его утверждению, нарушением установленного ст. 23 УПК порядка инициирования уголовного преследования за совершение преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях, в то время как в представленных вместе с жалобой судебных решениях содержится вывод о том, что таких нарушений не допущено, так как констатировано наличие причиненного инкриминированным заявителю деянием вреда интересам граждан и государства. Тем самым Валерий Бодашко, по сути, предлагает проверить обоснованность конкретных правоприменительных решений по его делу с учетом фактических обстоятельств, прямо ставя вопрос об отмене вынесенных судебных решений, что не относится к компетенции Конституционного Суда.

Кроме того, КС указал, что в качестве последнего судебного решения заявитель представил определение Шестого кассационного суда общей юрисдикции, что не позволяет сделать вывод об исчерпании им внутригосударственных средств судебной защиты.

Жалоба в ЕСПЧ уже направлена

В комментарии «АГ» Валерий Бодашко заметил, что не ставил вопрос отмены приговора: «Главный вопрос, который я ставил, – противоречие между ч. 3 ст. 20 и ст. 23 УПК. Речь идет о порядке возбуждения уголовного дела». Он отметил, что ранее КС обращал внимание, что если дело касается коммерческих и некоммерческих организаций, то возбуждение дела в общем порядке может быть только в случае, если затронуты интересы граждан, государства и организаций.

Валерий Бодашко пояснил, что причинение вреда ему не вменялось, однако кассация вышла за пределы судебного разбирательства и указала, что «из установленных судом обстоятельств дела следует, что, занимая вышеуказанные должности, используя предоставляемые ими полномочия и вытекающее из его положения влияние на адвокатов – членов квалификационной комиссии, В.П. Бодашко деятельность в области приема квалификационных экзаменов строил таким образом, что предоставление претендентом денежного вознаграждения в определенном им размере гарантировало обеспечение отсутствия с его стороны препятствий для включения этого претендента в список на сдачу квалификационного экзамена».

Однако, указал Валерий Бодашко, квалифкомиссия включает 13 человек, семеро из которых – адвокаты, два человека из управления юстиции, один – из законодательного собрания, один человек из Оренбургского института (филиала) МГЮА, один человек из Оренбургского областного суда и один человек из Арбитражного суда Оренбургской области. «Каким образом я мог на них оказывать влияние? Я никаких денег не брал и не имел возможности», – подчеркнул он.

Валерий Бодашко рассказал также, что в ходе анализа практики обнаружил 17 приговоров, отмененных в кассации на основании того, что дело было возбуждено в нарушение ст. 23 УПК. Он отметил, что 2 декабря 2021 г. отправлял жалобу в ВС, однако 8 февраля в ее передаче на рассмотрение в судебную коллегию было отказано. Валерий Бодашко уже направил жалобу в ЕСПЧ, а сейчас намерен обратиться к Председателю Верховного Суда Вячеславу Лебедеву, после чего – снова в Конституционный Суд.

Марина Нагорная

Метки записи:   ,

Оставить комментарий

avatar
  
smilegrinwinkmrgreenneutraltwistedarrowshockunamusedcooleviloopsrazzrollcryeeklolmadsadexclamationquestionideahmmbegwhewchucklesillyenvyshutmouth
  Подписаться  
Уведомление о