Вопросы юристу


Компенсация морального вреда за незаконную стражу

Суд согласился, что изменение обвинения дает реабилитированному право требовать компенсации

Компенсация морального вреда за незаконную стражу

Васюхин Максим
Адвокат КА Железнодорожного округа г. Хабаровска в Хабаровском крае, АП Хабаровского края

03 Августа 2022
Судебная практикаУголовное право и процесс

В октябре 2020 г. следователем было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 285 (злоупотребление должностными полномочиями) и ч. 1 ст. 292 (служебный подлог) УК РФ в отношении гражданина Ф., который в тот же день был задержан в порядке ст. 91 и 92 УПК РФ, а затем согласно постановлению суда на два месяца заключен под стражу.

В апреле 2022 г. Ф. был признан виновным по ч. 1 ст. 292 УК; в остальной части его уголовное преследование прекращено1.

Учитывая изменение обвинения, я как защитник обвиняемого подготовил и направил в суд исковое заявление к СУ СКР и Минфину России о компенсации подзащитному морального вреда в порядке реабилитации за незаконное лишение свободы в течение двух месяцев. Мои доводы основывались на том, что в соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК мера пресечения в виде стражи в связи с обвинением по ч. 1 ст. 292 УК не предусмотрена, так как данное преступление относится к категории небольшой тяжести. Исходя из правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 22 марта 2018 г. № 12-П, в таких случаях домашний арест также не назначается, поскольку санкция статьи не предусматривает наказание, связанное с лишением свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 21 Конституции РФ достоинство личности охраняется государством; никто не должен подвергаться пыткам, насилию, бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию. В ст. 53 Конституции закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконных осуждения, привлечения к уголовной ответственности, применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещаются за счет казны РФ, а в случаях, предусмотренных законом, – за счет казны субъекта РФ или муниципального образования в полном объеме – независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Как разъяснено в п. 21 Постановления Пленума ВС от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» (далее – Постановление № 17), при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному лицу суды должны учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

На основании ч. 1 ст. 133 УПК право на реабилитацию включает право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда, восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме – независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно ч. 3 данной статьи Кодекса право на возмещение вреда в установленном порядке имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу. Исковые заявления о компенсации морального вреда в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ст. 136 УПК).

В соответствии с правовым смыслом ст. 151 ГК моральный вред заключается в физических и нравственных страданиях, которые лицо испытало в результате нарушения его личных неимущественных прав. Заключение Ф. под стражу лишило его возможности общаться с близкими, следить за развитием несовершеннолетних детей и участвовать в их воспитании, ухудшилось состояние здоровья. Ввиду незаконного обвинения подзащитный находился в состоянии стресса и тревоги, испытывал душевные переживания, моральные неудобства, связанные с возможным незаконным осуждением.

В исковом заявлении также отмечалось, что моральный вред истцу был причинен в результате:

  • возбуждения в отношении него уголовного дела с указанием, что в действиях Ф. усматривались составы преступлений, которые тот не совершал;
  • пребывания в статусе подозреваемого (обвиняемого) в преступлениях, которые он не совершал;
  • заключения под стражу в ситуации, когда это не предусмотрено законом;
  • распространения в СМИ и обсуждения в обществе информации о привлечении к уголовной ответственности.

Минимальный расчет размера компенсации морального вреда мной обосновывался ссылкой на позицию Верховного Суда, выраженную в Определении от 14 августа 2018 г. № 78-КГ18-38, где разумная компенсация за сутки незаконного лишения свободы определена в 2000 руб. (60 дней х 2000 руб. = 120 тыс. руб.). В совокупности с учетом иных нарушений личных неимущественных прав реабилитированного размер причиненного ему морального вреда был увеличен до 300 тыс. руб.

В суде представители ответчиков не поддержали исковые требования и просили отказать в их удовлетворении, мотивировав тем, что основания для компенсации морального вреда в соответствии со ст. 1070 ГК установлены ст. 133 УПК.

В возражениях указывалось, что согласно ч. 1 ст. 133 УПК право на реабилитацию включает право на возмещение имущественного вреда и устранение последствий морального вреда. Лица, имеющие право на возмещение вреда в порядке реабилитации, определены ч. 2 ст. 133 Кодекса. В п. 4 Постановления Пленума ВС № 17 установлено, что к имеющим право на реабилитацию лицам, указанным в ч. 2 ст. 133 УПК, не относятся подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его (например, осужденный при переквалификации содеянного со ст. 105 на ч. 4 ст. 111 УК), а также осужденные, мера наказания которым снижена вышестоящим судом до предела ниже отбытого. В отношении Ф. уголовное преследование в части обвинения по ч. 1 ст. 285 УК прекращено, а по ч. 1 ст. 292 – продолжено. Таким образом, как резюмировалось в возражениях, у него отсутствуют основания для признания права на реабилитацию и компенсацию морального вреда.

В судебном заседании представитель третьего лица – прокурор – также не поддержал исковые требования, пояснив, что Ф. признан виновным по ч. 1 ст. 292 УК и оснований для удовлетворения исковых требований нет, поскольку в постановлениях о возбуждении уголовного дела, о привлечении Ф. в качестве обвиняемого и других процессуальных документах при описании совершенных им преступлений по ч. 1 ст. 285 и ч. 2 ст. 292 УК приведены одни и те же обстоятельства совершения. Кроме того, от них наступили одни и те же общественно опасные последствия, а квалификация действий осужденного по ч. 1 ст. 285 УК была излишней.

В июне 2022 г. суд, оценив доводы сторон, пришел к выводу, что факты, изложенные в обоснование исковых требований, нашли подтверждение в ходе судебного разбирательства – так, в отношении Ф. было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 285 и ч. 1 ст. 292 УК, он был задержан в порядке ст. 91–92 УПК и заключен под стражу на два месяца. Впоследствии ему было предъявлено обвинение по указанным статьям УК.

Разрешая заявленные требования, суд с учетом разъяснений п. 4 Постановления Пленума ВС № 17 заключил, что переквалификация действий Ф. на менее тяжкое обвинение и частичное прекращение уголовного преследования в связи с отсутствием в деянии состава преступления являются обстоятельствами, влекущими право на компенсацию морального вреда в порядке гл. 18 УПК в связи с применением к нему меры пресечения в виде заключения под стражу, с последующей переквалификацией деяния на состав преступления, по которому данная мера пресечения в силу закона не могла быть применена.

Как установлено судом, санкцией ч. 1 ст. 285 УК определено наказание в виде лишения свободы на срок до четырех лет. Максимальная санкция за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 292 УК, вмененного Ф. после изменения обвинения, предполагает лишение свободы на срок до двух лет, в связи с чем к обвиняемому не могла быть применена мера пресечения в виде стражи.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о праве истца на компенсацию морального вреда, причиненного применением к нему меры пресечения в виде содержания под стражей.

Согласно п. 1 ст. 151 ГК, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 1101 ГК компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Ее размер определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда. При определении размера компенсации должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер страданий оценивается с учетом фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, а также индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в п. 2 Постановления
Пленума ВС от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (далее – Постановление Пленума ВС № 10), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные имущественные либо неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности).

Моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Как отмечено в Постановлении Пленума ВС № 10, при рассмотрении требований о компенсации морального вреда необходимо учитывать, что ее размер зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может зависеть от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. Кроме того, при определении размера компенсации должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 8).

На основании изложенного, с учетом установленных обстоятельств незаконного лишения истца свободы суд пришел к выводу, что исковые требования заявлены обоснованно. Определяя размер компенсации, суд принял во внимание период нахождения истца под стражей; обстоятельства, связанные с его личностью, в том числе тот факт, что на момент избрания меры пресечения он был трудоустроен, имел официальный источник дохода, состоял в браке, имел на иждивении ребенка, не был судим. Суд учел также, что содержание под стражей по обвинению в совершении особо тяжкого преступления не могло не оказать отрицательного влияния на моральное и психологическое состояние Ф. В частности, изменился привычный образ жизни Ф., он был лишен возможности общаться с сыном. Суд принял во внимание и наличие публикаций в СМИ о том, что в отношении Ф. ведется уголовное преследование.

Суд взыскал с Минфина в пользу истца компенсацию морального вреда в 150 тыс. руб. Такая компенсация, по мнению суда, с учетом конкретных обстоятельств дела и индивидуальных особенностей истца разумна и справедлива.

Отрадно отметить, что несмотря на возражения госорганов при очевидности оснований для компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное лишение свободы удалось добиться справедливого судебного решения. Таким образом, при изменении обвинения на менее тяжкое, по которому не может быть применена мера пресечения в виде содержания под стражей или домашнего ареста, у таких лиц возникает право на компенсацию морального вреда в порядке реабилитации.

1 Подробнее см. публикацию «Служебный подлог или совокупность преступлений?»

Метки записи:   ,

Оставить комментарий

avatar
  
smilegrinwinkmrgreenneutraltwistedarrowshockunamusedcooleviloopsrazzrollcryeeklolmadsadexclamationquestionideahmmbegwhewchucklesillyenvyshutmouth
  Подписаться  
Уведомление о