Вопросы юристу


ВС: Антимонопольный контроль за торгами, проводимыми в рамках дел о банкротстве, не является безусловным

Суд указал, что в отличие от антимонопольного контроля, целью которого является защита публичного интереса, контроль за торгами по продаже имущества в процедурах банкротства должника преследует цель защиты частного интереса

ВС: Антимонопольный контроль за торгами, проводимыми в рамках дел о банкротстве, не является безусловным

Один из экспертов указал, что определение ВС ограничивает полномочия ФАС на контроль за проведением торгов в процедуре банкротства. Вторая отметила, что если до этой позиции ВС жалобу на неправомерные торги в банкротстве можно было просто подать в ФАС, то теперь в такой жалобе необходимо доказать, что исход торгов повлияет на конкурентный рынок. По мнению третьего, принципиально важным является разъяснение о том, что банкротные торги осуществляются в частных интересах должника и кредиторов, а не публичных.

В Определении
№ 309-ЭС21-27706 от 26 апреля Верховный Суд разграничил возможности проведения антимонопольного контроля в рамках защиты публичного и частного интересов, отнеся к последнему интерес должника и его конкурсных кредиторов.

Торги с одним участником

Ольга Елина была признана банкротом, в отношении нее ввели процедуру реализации имущества, финансовым управляющим был утвержден Сергей Ясько. 14 ноября 2019 г. он опубликовал в ЕФРСБ сообщение о проведении 30 декабря 2019 г. на электронной площадке открытых торгов в форме аукциона по продаже имущества должника.

Организатор торгов рассмотрел заявки от Даниила Саитова (действовал от имени Ольги Хомич), Алексея Руденко и других лиц, однако допустил к участию в аукционе только Даниила Саитова. Алексею Руденко было отказано, поскольку он не представил нотариально заверенное согласие супруги на сделку. Торги признали несостоявшимися, но так как к участию была допущена только Ольга Хомич, с ней заключили договор купли-продажи.

Алексей Руденко посчитал, что финансовый управляющий нарушил процедуру торгов, и обратился в УФАС по Курганской области. Антимонопольный орган пришел к выводу, что Сергей Ясько отказал Алексею Руденко в допуске к торгам в нарушение положения п. 11 ст. 110 Закона о банкротстве. Региональное УФАС выдало предписание, которым предложило Сергею Ясько в течение пяти рабочих дней с момента его получения отменить протокол о результатах проведения открытых торгов, исключить из извещения и состава заявки требование о предоставлении нотариально заверенного согласия супруги, вернуть торги на стадию приема заявок, назначить новую дату проведения торгов и информировать участников аукциона о том, что протокол, составленный в ходе определения победителя, будет отменен.

Не согласившись с решением и предписанием антимонопольного органа, Сергей Ясько обратился в арбитражный суд с требованием о признании недействительными актов антимонопольного органа.

Спор о законности действий УФАС

Арбитражный суд Курганской области признал, что организатором торгов установлено неправомерное требование к участникам. Однако суд апелляционной инстанции отменил это решение и признал незаконными оспариваемые акты УФАС. Апелляция исходила из отсутствия у антимонопольного органа полномочий на контроль за проведением торгов по продаже имущества должника в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве и регламентированных положениями ст. 110, 139 Закона о банкротстве. Наряду с этим апелляция указала, что торги, проведенные с нарушением требований ст. 110 названного закона, могут быть оспорены заинтересованными лицами в порядке ст. 449 ГК.

Кассационный суд оставил в силе решение первой инстанции. Он отметил, что полномочия антимонопольного органа на рассмотрение жалоб на нарушение процедуры обязательных в соответствии с законодательством торгов, продажи государственного или муниципального имущества определены п. 42 ч. 1 ст. 23 Закона о защите конкуренции. Указанной нормой установлено, что антимонопольный орган выдает организатору торгов, конкурсной или аукционной комиссии, продавцу государственного или муниципального имущества, организатору продажи обязательные для исполнения предписания о совершении действий, направленных на устранение нарушений порядка организации, проведения торгов, продажи государственного или муниципального имущества, порядка заключения договоров по результатам торгов или в случае признания торгов несостоявшимися, в том числе предписания об отмене протоколов, составленных в ходе проведения торгов, о внесении изменений в документацию о торгах, извещение о проведении торгов, об аннулировании торгов.

В рассматриваемом случае, посчитала кассация, Сергей Ясько являлся организатором открытых торгов в форме аукциона, участвовать в которых могло любое лицо. Поскольку федеральным законодательством предусмотрена возможность обращения в антимонопольный орган с жалобой на действия (бездействие) организатора при проведении торгов, а также установлен порядок рассмотрения таких жалоб, жалоба Алексея Руденко была правомерно рассмотрена антимонопольным органом по существу.

Из материалов дела не следует, что продажа имущества физлица могла сказаться на обеспечении конкуренции

Сергей Ясько подал кассационную жалобу в Верховный Суд. Изучив материалы дела, ВС отметил, что согласно п. 4.2 ч. 1 ст. 23 Закона о защите конкуренции антимонопольные органы наделены полномочиями на рассмотрение жалоб на нарушение процедуры обязательных в соответствии с законодательством РФ торгов. Порядок рассмотрения указанных жалоб установлен ст. 18.1 Закона о защите конкуренции. Приведенные нормы регламентируют порядок действий антимонопольного органа при рассмотрении жалоб участников торгов, но не определяют основания антимонопольного контроля за торгами.

Вместе с тем по смыслу взаимосвязанных положений ч. 1 ст. 1, ч. 1 и 4 ст. 17, ч. 5 ст. 18 Закона о защите конкуренции антимонопольный контроль допускается в отношении процедур, обязательность проведения которых прямо предусмотрена законом и введена в целях предупреждения и пресечения монополистической деятельности, формирования конкурентного товарного рынка, создания условий его эффективного функционирования, о чем указано в п. 37 Постановления Пленума ВС от 4 марта 2021 г. № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства».

«Анализ приведенных положений законодательства в их нормативном единстве и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации позволяет сделать вывод о том, что антимонопольный контроль за торгами, в том числе контроль за соблюдением процедуры торгов, ограничен случаями, когда результаты проведения определенных торгов способны оказать влияние на состояние конкуренции на соответствующих товарных рынках», – отмечается в определении. Таковыми в силу законодательного установления признаются торги, проводимые в соответствии с Законом о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд и Законом о закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц, согласно положениям которых обеспечение конкуренции прямо определено в качестве одной из целей проведения закупок.

Суд отметил, что исходя из положений п. 3 ч. 2 ст. 23 Закона о защите конкуренции вывод о наличии оснований для антимонопольного контроля за торгами в конкретных случаях также может быть сделан по результатам проведенного антимонопольным органом анализа состояния конкуренции, если они свидетельствуют о значимости исхода торгов с точки зрения предупреждения и пресечения монополистической деятельности, формирования конкурентного товарного рынка, создания условий его эффективного функционирования.

В свою очередь, указал ВС, реализация имущества должника посредством проведения торгов в конкурсном производстве подчинена общей цели названной процедуры – наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности (абз. 16 ст. 2, ст. 110, 111, 124, 139 Закона о банкротстве). Действия, касающиеся формирования лотов, определения условий торгов и непосредственной реализации имущества, должны быть экономически оправданными, направленными на достижение упомянутой цели – получение максимальной выручки (Определение
Верховного Суда от 21 марта № 305-ЭС21-21247).

«Таким образом, в отличие от антимонопольного контроля, целью которого является защита публичного интереса (недопущение ограничения, устранения конкуренции на рынке, обеспечение и развитие конкуренции), контроль за торгами по продаже имущества в процедурах банкротства должника преследует цель защиты частного интереса – как интереса самого должника, так и интереса его конкурсных кредиторов. При этом при проведении торгов должен обеспечивается баланс между интересами названных лиц. Проводимые в рамках процедур банкротства (конкурсное производство, процедура реализации имущества гражданина) торги не преследуют в качестве своей основной цели обеспечение и развитие конкуренции на тех или иных товарных рынках, а произвольное вмешательство антимонопольных органов в их проведение способно негативно повлиять на возможность своевременного и максимального удовлетворения интересов кредиторов от реализации имущества, притом что за проведением названных торгов осуществляется судебный контроль в рамках дела о банкротстве», – указал ВС.

Следовательно, осуществление антимонопольного контроля за торгами, проводимыми в рамках дел о банкротстве, не является безусловным и в каждом случае требует обоснования со стороны антимонопольного органа с точки зрения реализации целей Закона о защите конкуренции. В данном случае антимонопольным органом осуществлен контроль за торгами, проведенными для продажи имущества физического лица, не являющегося субъектом предпринимательской или иной экономической деятельности. Торги проводились в целях удовлетворения интересов кредиторов должника, заинтересованных в погашении своих имущественных требований к Ольге Елиной. ВС обратил внимание: из материалов дела не следует, что продажа имущества физического лица могла каким-либо образом сказаться на обеспечении конкуренции и (или) ее развитии на соответствующем товарном рынке. Такого рода доказательства антимонопольным органом в нарушение ч. 1 ст. 65 и ч. 5 ст. 200 АПК не представлены.

Таким образом, ВС признал правильным вывод суда апелляционной инстанции о превышении антимонопольным органом установленных законом полномочий при вынесении оспариваемых решения и предписания.

ВС сменил курс

Адвокат АП г. Москвы Вячеслав Голенев назвал определение ВС смелым и указал, что оно ответило на одни вопросы и создало другие. По его мнению, принципиально важным является разъяснение о том, что банкротные торги имуществом должника осуществляются в частных интересах должника и кредиторов, а не публичных. «По нынешним временам вывод редкий: в банкротном праве 70% публичного элемента и примерно 30% частного; но радует, что на уровне высшей судебной инстанции не забывают, для чего применяется банкротство – максимально возможно удовлетворить требования кредиторов должника. Применение принципа в деле фиксирует подходы правопонимания в правопорядке и благотворно влияет на всех субъектов права. Однако это разъяснение, во многом приятное от того, что напоминает о прописных истинах защиты частного интереса, в некотором смысле меркнет перед другими выводами, сделанными ВС», – отметил адвокат.

Так, указал Вячеслав Голенев, Суд в обоснование вывода о том, что ФАС не вправе осуществлять контроль за банкротными торгами, привел несколько неоднозначных суждений. В частности, к торгам, подлежащим обязательному антимонопольному контролю, ВС РФ отнес торги, проводимые в соответствии с Законом о контрактной системе в сфере закупок, товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд и Законом о закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц, согласно положениям которых обеспечение конкуренции прямо определено в качестве одной из целей проведения закупок.

«На первый взгляд, все верно, но работает ли антимонопольный контроль в иных случаях (торги по приватизации, ГЧП, концессии) и т.д.? В ультимативной форме, хотя предполагаю, что ВС РФ это в виду не имел, получается, что никакие другие обязательные в силу закона торги не подпадают под антимонопольный контроль. На этот вопрос Верховный Суд однозначного ответа не дает, указывая косвенно на то, что “исходя из положений п. 3 ч. 2 ст. 23 Закона о защите конкуренции вывод о наличии оснований для антимонопольного контроля за торгами в конкретных случаях также может быть сделан по результатам проведенного антимонопольным органом анализа состояния конкуренции, если они свидетельствуют о значимости исхода торгов с точки зрения предупреждения и пресечения монополистической деятельности, формирования конкурентного товарного рынка, создания условий его эффективного функционирования”. То есть торги проверять можно, однако каким образом тогда должен ФАС России проводить такое исследование конкуренции при проверке иных торгов? При рассмотрении каждой ли из жалоб? Остается большой вопрос, как будут применяться полномочия ФАС в отношении десятков различных видов торгов, необходимо ли будет ФАС обосновывать в каждом своем решении по другим типам торгов применение им своих полномочий? И как решать спор о неприменимости полномочий ФАС – в ходе отдельного обжалования именно этого вопроса или в ходе оспаривания принятого решения? Вопросов больше, чем ответов», – отметил он.

Также Вячеслав Голенев указал, что жалоба в ФАС рассматривается быстро (10 дней) и решает существующую в судах проблему с обеспечительными мерами, а также разгружает суды. Сейчас такой инструмент будет более контролируемым из-за определения ВС РФ и менее используемым участниками гражданского оборота как минимум в части банкротных торгов и как максимум любых иных торгов, которые не касаются законов № 44-ФЗ и № 223-ФЗ, что однозначно увеличит судебную нагрузку и снизит уровень защищенности прав участников оборота, считает Вячеслав Голенев.

Главный юрисконсульт корпоративно-правового управления юридической компании «ЭЛКО профи» Маргарита Шкурина также отметила смену курса в позиции ВС.

Она пояснила, что ранее суды ориентировались на Постановление
Президиума ВАС РФ от 22 апреля 2014 г. № 17974/13 по делу № А39-3314/2012, согласно которому действия арбитражного управляющего в качестве организатора торгов, проводящихся в соответствии с Законом о банкротстве, могут обжаловаться в ФАС. Маргарита Шкурина отметила, что даже ход дела и выводы судов в рассматриваемом споре совпадают с делом десятилетней давности: тогда суд первой инстанции счел доказанным наличие в действиях арбитражного управляющего нарушения соответствующего пункта ст. 110 Закона о банкротстве, а решение и предписание – принятыми ФАС в соответствии со ст. 18.1 Закона о защите конкуренции. Апелляционная и кассационная инстанции, напротив, сделали вывод об отсутствии у ФАС полномочий на рассмотрение жалоб на действия конкурсного управляющего при проведении торгов в целях реализации имущества должника. По мнению судов, такие жалобы подлежали рассмотрению по правилам Закона о банкротстве. «Но если в 2014 г. ВАС поддержал выводы суда первой инстанции, то сейчас ВС поменял позицию на прямо противоположную и практически вывел торги в банкротстве из сферы антимонопольного контроля», – указала юрист.

Маргарита Шкурина обратила внимание на то, что в первую очередь изменился способ защиты нарушенного права. Если до новой позиции ВС жалобу на неправомерные торги в банкротстве можно было подать в ФАС, то теперь, поскольку «антимонопольный контроль за торгами, проводимыми в рамках дел о банкротстве, не является безусловным», в такой жалобе необходимо доказать, что исход торгов повлияет на конкурентный рынок. В случае же оспаривания вынесенного решения ФАС в суде орган должен будет доказать, что не вышел за рамки своих полномочий. В противном случае контроль за торгами в банкротстве останется только судебным.

Как указал адвокат, партнер ООО «Правовая группа» Владимир Шалаев, определение ВС ограничивает полномочия ФАС на контроль за проведением торгов в процедуре банкротства. «Обжалование результатов торгов через ФАС было действенным и, главное, оперативным способом защиты права. На сайте ФАС даже есть форма для этого. Теперь торги придется оспаривать только через процедуру банкротства должника, что во многих случаях отобьет желание у лиц, чье право на участие в торгах нарушено, обжалования этих торгов. Данный подход усугубит ситуацию с бесконтрольной реализацией имущества в банкротстве, а заинтересованным лицам станет еще сложнее оспорить недобросовестное проведение торгов, ведь даже в этом деле суды установили, что торги проведены с нарушениями», – отметил он.

Оставить комментарий

avatar
  
smilegrinwinkmrgreenneutraltwistedarrowshockunamusedcooleviloopsrazzrollcryeeklolmadsadexclamationquestionideahmmbegwhewchucklesillyenvyshutmouth
  Подписаться  
Уведомление о