Вопросы юристу


КС признал право контролирующих должника лиц оспаривать требования кредиторов

Суд посчитал, что действующие нормы, позволяющие лицу, привлеченному к субсидиарной ответственности, участвовать в деле о банкротстве только в пределах рассмотрения этого обособленного спора, снижают уровень гарантий судебной защиты прав этих лиц

КС признал право контролирующих должника лиц оспаривать требования кредиторов

По мнению одного из экспертов, постановление КС является «прорывным» и дает гражданам еще один процессуальный инструмент для защиты их прав и законных интересов. Другой отметил, что оно в значительном объеме способно изменить практику, связанную с участием контролирующих лиц в обособленных спорах и последствиями, которые в результате такого участия могут наступить. Третий указал, что решение Суда особенно важно для генеральных директоров, поскольку они получат возможность снизить и без того сильное обременение. Четвертый считает, что КС устранил правовую коллизию, при которой лицо, чьи права и законные интересы затрагивались при рассмотрении конкретного спора, не участвовало в нем.

16 ноября Конституционный Суд вынес Постановление № 49-П/2021, которым признал неконституционными нормы, исключающие возможность обжалования лицом, привлеченным к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, судебного акта, принятого без его участия.

Дело о банкротстве

В 2011 г. Николай Акимов исполнял обязанности генерального директора ООО «Стигл», уволившись в том же году. В 2015 г. было возбуждено производство по делу о банкротстве данного общества. 12 января 2016 г. в рамках дела о банкротстве ООО «Стигл» определением АС Оренбургской области были признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника требования ФНС в размере 13 млн руб.

В 2018 г. конкурсный управляющий должника подал заявление о привлечении к субсидиарной ответственности Николая Акимова солидарно с другими контролировавшими должника лицами по обязательствам ООО «Стигл». 31 июля 2019 г. АС Оренбургской области в рамках того же дела о банкротстве привлек Николая Акимова и иных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам общества, к этому времени долг перед кредиторами составил 23,6 млн руб. Апелляционная инстанция и суд округа оставили данное решение без изменений, судья Верховного Суда РФ отказал в передаче кассационных жалоб контролирующих должника лиц для рассмотрения Судебной коллегией по экономическим спорам ВС РФ.

Опираясь на представленные доказательства, суды указали, что под руководством Николая Акимова общество совершило ряд сделок, единственной целью которых было получение необоснованной налоговой выгоды в отсутствие фактической хозяйственной операции, вывод денежных средств на юридические лица, используемые в схеме по обналичиванию, и это повлекло причинение должнику имущественного вреда.

Суды отказали заявителю в обжаловании судебного акта

Позднее, не согласившись с размером требований, признанных определением от 12 января 2016 г. обоснованными, Николай Акимов обратился в суд с жалобой и ходатайством о восстановлении срока для ее подачи. Жалоба была принята к производству, однако 28 мая 2020 г. Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд прекратил его. При этом в отношении требования Николая Акимова о пересмотре судебного акта апелляционным судом сделаны выводы об отсутствии у него права на обжалование определения. Апелляция указала, что поскольку Николай Акимов является лишь участником обособленного спора, то он не относится к числу лиц, указанных в ст. 34, 35 Закона о банкротстве, и его права не затрагиваются судебным актом непосредственно, поэтому правом обжаловать судебный акт в силу ст. 42 АПК РФ данный заявитель не наделен. Также не были приняты судом во внимание доводы заявителя о том, что он является обязанным (содолжником) по всем долгам банкрота, и поэтому его права при производстве по делу о банкротстве не могут быть уже прав должника.

АС Уральского округа согласился с решением апелляции. Определением судьи ВС РФ Николаю Акимову было отказано в передаче кассационной жалобы на состоявшиеся судебные акты для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам. Таким образом, суды со ссылкой на оспариваемые законоположения отклонили доводы заявителя об отсутствии у общества обязательств в указанном размере по отношению к конкретному кредитору и об экономической обоснованности конкретных сделок. Как было отмечено, сам факт принятия иска, связанного с деятельностью контролирующих должника лиц, не порождает обязанности суда в каждом обособленном споре по делу о банкротстве привлекать их к участию в деле; оснований для восстановления процессуального срока судами не найдено.

Обращение в Конституционный Суд

В жалобе в КС (имеется у «АГ») Николай Акимов указал, что он, будучи привлеченным к субсидиарной ответственности, считает себя лицом, заинтересованным в законности и обоснованности требований кредиторов ООО «Стигл». Он пояснил, что является пенсионером, и приведенная сумма (23,6 млн руб.) непосильна для него. Именно поэтому он и начал анализировать обоснованность требований кредиторов должника.

В документе Николай Акимов отметил, что возможности процессуальной роли участника обособленного спора не дают ему права ознакомиться с материалами основного дела о банкротстве. Заявитель разъяснил, что, изучая общедоступные судебные определения, касающиеся требований кредиторов общества, получая информацию из открытых источников и некоторые материалы дела от участников основного дела о банкротстве, он выявил, что требования ФНС к обществу в размере 13 млн руб. являются необоснованными.

Однако, как указал Николай Акимов, у него не было возможности требовать устранения приведенных процессуальных нарушений и обжаловать определение апелляционной инстанции от 12 января 2016 г., поскольку на день принятия определения он не являлся участником дела о банкротстве и не знал о существовании данного судебного акта. Он добавил, что до подачи конкурсным управляющим заявления о его привлечении к субсидиарной ответственности он не был осведомлен о наличии судебного производства о несостоятельности общества.

В документе подчеркнуто, что содолжник должен иметь право возражения – судебной защиты от требований кредиторов наравне с самим должником, иными словами – являться соответчиком, имея при этом необходимые процессуальные права. «Однако этих прав действующим законодательством не предусмотрено. Рассматриваемый содолжник не наделен даже такими базовым правами, как право на ознакомление с материалами дела и право на обжалование судебных актов», – отмечено в жалобе.

Таким образом, Николай Акимов заключил, что ст. 42 АПК РФ и ст. 34 Закона о банкротстве противоречат Конституции РФ, поскольку не позволяют обжаловать судебный акт о признании обоснованными требований кредитора заинтересованному лицу, привлеченному к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в деле о банкротстве.

КС проанализировал оспариваемые нормы

Рассмотрев доводы жалобы, Конституционный Суд указал, что отсутствие возможности пересмотреть нарушающий (затрагивающий) права третьих лиц судебный акт не согласуется с универсальным правилом скорейшего восстановления в правах посредством справедливого правосудия.

Он отметил, что институциональные и процедурные условия пересмотра судебных актов должны отвечать требованиям процессуальной эффективности, экономии в использовании средств судебной защиты, прозрачности правосудия, исключать затягивание или необоснованное возобновление судебного разбирательства и тем самым обеспечивать правильность и своевременность разрешения дела (постановления от 19 марта 2010 г. № 7-П, от 12 ноября 2018 г. № 40-П, от 1 июня 2021 г. № 25-П и др.).

Суд пояснил, что с приведенной позицией согласуются положения АПК РФ. Принятие судом решения о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, расценивается как существенное нарушение норм процессуального права, влекущее безусловную отмену судебного акта в апелляционном и кассационном порядке (п. 4 ч. 4 ст. 270 и п. 4 ч. 4 ст. 288 АПК).

Обращаясь к п. 1 Постановления Пленума ВС РФ от 30 июня 2020 г. № 12, КС указал, что с жалобой по правилам ст. 42 АПК может обратиться лицо, чьи права и обязанности затрагиваются судебным актом непосредственно, то есть такое лицо, которое должно было участвовать в деле, но не было привлечено к участию в нем ввиду судебной ошибки (п. 19 Обзора судебной практики ВС РФ № 2 от 22 июля 2020 г.). Если жалоба подается лицом, не участвовавшим в деле, суду надлежит проверить, содержится ли в ней обоснование того, каким образом оспариваемый судебный акт непосредственно затрагивает права или обязанности заявителя, подчеркнул Суд. Лица, не участвующие в деле, как указанные, так и не указанные в мотивировочной или резолютивной части судебного акта, вправе его обжаловать в порядке кассационного производства в случае, если он принят об их правах и обязанностях, добавил Суд.

Конституционный Суд указал, что подобный правоприменительный подход в целом соответствует позиции КС, который неоднократно отмечал, что ст. 42 АПК РФ направлена на защиту прав лиц, не участвовавших в деле, о правах и обязанностях которых принят судебный акт, и тем самым – на реализацию конституционного права на судебную защиту (определения от 22 декабря 2015 г. № 2963-О, от 29 мая 2019 г. № 1422-О, от 28 ноября 2019 г. № 3140-О и др.).

Закон о банкротстве в ст. 34 и 35 определяет круг лиц, участвующих в деле о банкротстве, а также участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, заметил КС. Они обладают присущими их процессуальному статусу правами и обязанностями как в рамках процедуры банкротства в целом, так и в рамках обособленных споров в деле о банкротстве. Суд пришел к выводу, что системный анализ положений этого закона свидетельствует, что теми или иными правами лиц, участвующих в деле о банкротстве, обладает также ряд лиц, не поименованных в его ст. 34. К ним, в частности, согласно его ст. 61.15, относится лицо, в отношении которого в рамках дела о банкротстве подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности: такое лицо имеет права и несет обязанности лица, участвующего в деле о банкротстве, как ответчик по этому заявлению, указал КС.

Конституционный Суд обратил внимание, что приведенное регулирование позволяет судам приходить к выводу, что лицо, в отношении которого в рамках дела о банкротстве подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, наделено правами и обязанностями участвующего в деле о банкротстве лица только в пределах рассмотрения этого обособленного спора (например, постановление АС Поволжского округа от 25 сентября 2019 г. № Ф06-52851/2019 по делу № А72-14512/2018, Определение ВС РФ от 24 января 2020 г. № 306-ЭС19-25729 по делу № А49-17083/2017, постановление АС Дальневосточного округа от 1 апреля 2021 г. № Ф03-1613/2021 по делу № А51-32010/2016). Аналогичный подход имел место и в деле Николая Акимова. Причем рассмотрение требований кредитора к должнику, размер которых заявитель намеревался оспорить, состоялось в январе 2016 г. – задолго до привлечения его к субсидиарной ответственности (июль 2019 г.) по этим обязательствам, подчеркнул КС.

Наличие нормативного регулирования, позволяющего привлечь контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве, свидетельствует о необходимости обеспечения этих лиц и надлежащими средствами судебной защиты, включая возможность обжаловать судебное решение, принятое в рамках того же дела о банкротстве. КС указал, что отсутствие возможности обжаловать судебный акт ухудшает процессуальные возможности защиты прав указанных лиц, поскольку их доводы остаются без внимания. «Снижение уровня гарантий судебной защиты прав лиц, привлеченных к субсидиарной ответственности, нельзя признать справедливым и соразмерным в контексте предписаний ст. 55 (часть 3) Конституции РФ», – отмечено в постановлении.

Таким образом, Конституционный Суд признал оспариваемые нормы не соответствующими Конституции, поскольку они не допускают возможности обжалования лицом, привлеченным к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, судебного акта, принятого без его участия, о признании обоснованными требований кредиторов должника за период, когда это лицо являлось контролирующим по отношению к должнику.

При этом Суд подчеркнул, что федеральный законодатель не лишен возможности осуществить регулирование, направленное на обеспечение баланса интересов всех участников правоотношений в рамках процедуры банкротства. Речь идет в том числе об определении порядка обжалования лицом – при его привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – принятого без его участия судебного акта о признании обоснованными требований кредиторов.

Правоприменительные решения по вопросу признания обоснованными требований кредиторов за период, когда Николай Акимов являлся контролирующим лицом по отношению к должнику, принятые ранее без его участия, КС постановил пересмотреть в установленном порядке.

Эксперты прокомментировали позицию КС

Адвокат АП Саратовской области Михаил Осипов оценил постановление КС РФ как «прорывное» в правоприменительной практике. Эксперт пояснил, что благодаря данному решению лица, привлеченные к субсидиарной ответственности, в будущем получат право на обжалование судебных актов, которыми требования кредиторов были включены в реестр требований и не погашены к моменту установления размера субсидиарной ответственности.

Он пояснил: обжалование таких судебных актов фактически означает, что привлеченное к субсидиарной ответственности лицо получило возможность надеяться на уменьшение размера своей ответственности вплоть до нуля. «А произойдет это или нет, будет зависеть от обстоятельств каждого конкретного дела и представленных по нему доказательств», – полагает эксперт.

Михаил Осипов считает, что в любом случае постановление КС дало гражданам еще один процессуальный инструмент для защиты их прав и законных интересов. «При этом будем наблюдать, примет ли во внимание наш законодатель постановление при рассмотрении нового закона о банкротстве», – добавил он.

Управляющий партнер LegalFront, арбитражный управляющий Владислав Линецкий отметил, что постановление в значительном объеме способно изменить практику, связанную с участием контролирующих лиц в обособленных спорах и последствиями, которые в результате такого участия могут наступить.

По словам эксперта, на настоящий момент руководители компаний-банкротов обделены, поскольку могут участвовать лишь в процессах о привлечении их к субсидиарной ответственности. Применение судами положений принятого КС постановления позволит лицам, привлекаемым к субсидиарной ответственности, влиять на банкротные споры в большем объеме: обжаловать действия конкурсного управляющего вне рамок обособленных споров и осуществлять иные необходимые действия. «Положительный эффект от таких изменений очевиден: контролирующие должника лица заинтересованы в пополнении конкурсной массы, поскольку именно от обратного (отсутствия такого пополнения) размер субсидиарной ответственности только увеличивается», – заключил Владислав Линецкий.

Председатель совета МКА «Андреев, Бодров, Гузенко и партнеры», адвокат Андрей Андреев считает, что КС исправил то, что можно назвать «законодательным изъяном». Он пояснил, что ранее у лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, фактически не было возможности обжаловать требования кредиторов. Сейчас же возможности ответчика будут более соответствовать нормам, закрепленным в Конституции, полагает Андрей Андреев.

«Постановление Конституционного Суда уравнивает возможности участников судопроизводства благодаря тому, что дает ответчику больше возможностей для защиты. Это особо ценно сейчас, когда к субсидиарной ответственности активно привлекаются директора и собственники компаний, бенефициары», – поделился эксперт. Андрей Андреев добавил, что особенно это важно в случае с генеральными директорами, которые зачастую являются наемными сотрудниками, – так они получат возможность снизить и без того сильное обременение.

Руководитель практики банкротства в консалтинговой компании «Кучерена Групп» Иван Сидоров указал, что до момента вынесения КС рассматриваемого постановления лица, контролирующие должника, были ограничены в выборе процессуального инструментария для защиты своих прав и законных интересов рамками обособленного спора о привлечении бывших руководителей компании и ее бенефициаров к субсидиарной ответственности. «Данное постановление, безусловно, имеет важное значение для правоприменительной практики, высшим судебным органом сформирован новый правовой подход, при котором лица, привлеченные к субсидиарной ответственности, вправе обжаловать определения суда о включении требований кредиторов в части размера задолженности, образовавшейся в период нахождения конкретного руководителя в должности», – отметил Иван Сидоров.

Эксперт обратил внимание, что в связи с появлением подобного процессуального механизма для обжалования уже вступивших в законную силу определений будет значительно увеличена нагрузка на арбитражные суды, а также будет увеличен срок проведения процедур конкурсного производства должников, в рамках которых уже рассмотрены споры по субсидиарной ответственности, но не определен ее размер.

Обновление:
Адвокат Коллегии адвокатов № 18 г. Самары Алексей Урапин, представлявший интересы заявителя в Конституционном Суде, поделился, что законодательный институт привлечения контролирующих должника лиц существовал давно, однако на практике получил свою реализацию в последние годы, после внесения изменений в Закон о банкротстве. При этом, по мнению адвоката, права лиц, привлеченных к субсидиарной ответственности, не были защищены в достаточной степени.

 

Алексей Урапин пояснил, что в жалобе он обращал внимание на то, что такие лица фактически являются содолжниками совместно с банкротом (должником), а стало быть, должны быть с ним соответчиками со всеми присущими этому статусу правами. «Мне кажется – это просто очевидный пробел в праве, ведь незыблемым правом должника является право возражения против требований кредитора», – прокомментировал он.

 

Адвокат подчеркнул, что в жалобе он указывал на схожие правовые институты (гл. 59 ГК РФ и не только), в которых права лиц, несущих субсидиарную ответственность, защищены в достаточной степени, а именно принадлежащим им правом оспаривания основного требования. Он полагает, это и стало основным доводом для Конституционного Суда.

 

В целом Алексей Урапин отметил, что удовлетворен постановлением. Он указал, что КС счел необходимым уточнить период возникновения задолженностей, которые может оспаривать лицо, привлеченное к субсидиарной ответственности, указав на период, в который такое лицо являлось контролирующим по отношению к должнику. «Поскольку об этом уточнении суд не просили ни мы, ни иные участники (представители палат Государственной Думы и омбудсмен), – это было неожиданным. Но я вижу в таком уточнении новые возможности, позволяющие утверждать, что и размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица должен быть ограничен по сроку возникновения лишь периодом его контроля над банкротом, о чем хочу намекнуть коллегам, возможно, кто-то решит теперь поставить такой вопрос перед КС, сославшись на собственные выводы суда», – поделился адвокат.

 

По мнению Алексея Урапина, принятое КС постановление повлияет на правоприменительную практику и, возможно, станет поводом для включения федеральным законодателем в ст. 34 Закона о банкротстве новой категории участников – «лица, привлекаемые к субсидиарной ответственности».

 

Метки записи:   , ,

Оставить комментарий

avatar
  
smilegrinwinkmrgreenneutraltwistedarrowshockunamusedcooleviloopsrazzrollcryeeklolmadsadexclamationquestionideahmmbegwhewchucklesillyenvyshutmouth
  Подписаться  
Уведомление о