Вопросы юристу


Как вдова взыскивала зарплату мужа: репортаж из ВС


Иллюстрация: Право.ru/Петр Козлов

После смерти мужа женщина решила получить причитающуюся ему зарплату и компенсацию за неиспользованный отпуск. Но три инстанции отказали: на момент смерти супруга пара уже четыре года жила раздельно. Вдова дошла до Верховного суда, где называла сомнительными показания, которые легли в основу судебных актов. Она также настаивала, что три инстанции ошибочно не применили нормы Семейного кодекса.

В 2015 году акционер и директор АО «Медстекло» Валерий Калякин*, по одной из версий, решил пожить отдельно от супруги Нины Калякиной*. Мужчина якобы съехал из квартиры и оборудовал себе жилище в офисе компании, там у него была кровать, туалет с душем и кухня.

В апреле 2019-го Калякин умер, а спустя два месяца его жена обратилась в «Медстекло» с просьбой выплатить ей не полученный супругом доход: зарплату за апрель (около 22 000 руб.) и компенсацию за неиспользованный отпуск (50 000 руб.). Не дождавшись денег, она направила претензию, потом еще одну. Но все безуспешно. Летом 2020-го вдова обратилась в суд.

Она сослалась на ст. 141 ТК, согласно которой зарплата, не полученная ко дню смерти работника, выдается членам его семьи. Она находилась с Калякиным в зарегистрированном браке, а значит, ей должны выдать невыплаченную зарплату и приравненные к ней доходы, указала вдова. Помимо зарплаты и компенсации за отпуск, она попросила суд взыскать с «Медстекла» также материальную помощь на похороны (100 000 руб.) и компенсацию морального вреда (70 000 руб.).

Не жили вместе

Заводской районный суд Орла отказал Калякиной в иске. Он сослался на ст. 1183 ГК, по которой зарплата и иные приравненные к ней доходы, которые наследодатель не успел получить при жизни, выплачиваются членам его семьи, проживавшим совместно с умершим. На момент смерти Калякин жил отдельно от супруги. Сотрудники «Медстекла» подтвердили, что директор съехал от жены задолго до случившегося, около четырех лет он жил в офисе компании. Следовательно, истице не положен доход умершего, спорную сумму нужно распределить между всеми наследниками, решила первая инстанция.

Она также отказалась взыскивать с «Медстекла» материальную помощь. Оказалось, что общество уже выплачивало Калякиной 100 000 руб. на погребение мужа. Но вдова узнала, что покойный должен фирме около 987 000 руб. по договору аренды автомобиля, и вернула полученные 100 000 руб. «Таким образом, Калякина распорядилась денежными средствами по своему усмотрению», — подчеркнула первая инстанция. Учитывая все это, суд отказал и в компенсации морального вреда. Решение первой инстанции устояло в апелляции и кассации.

Тогда вдова обратилась в Верховный суд. Она настаивала, что они с супругом жили вместе, вели общее хозяйство. Это, по ее словам, подтверждают и показания друзей семьи, оценку которым суды почему-то не дали. Но даже если допустить, что имело место раздельное проживание, это все равно не повод отказывать в выплате доходов, заметила Калякина. Она обратила внимание, что СК под семейными отношениями понимает совокупность обстоятельств (несение общих расходов, общий бюджет и т. д.), а не только проживание в одном помещении. Нижестоящие инстанции этого не учли и поэтому пришли к ошибочному выводу об отсутствии семейных отношений, заметила вдова, добавив, что при жизни Калякин оплачивал коммунальные услуги, ремонт и новую мебель.

Сомнительные показания

На заседание в ВС Калякина пришла лично. Ее выступление было довольно коротким и сводилось к тому, что она полностью поддерживает доводы своей жалобы. «То есть вы ставите вопрос о том, что судами дано неправильно толкование положений ст. 141 ТК во взаимосвязи со ст. 1183 ГК?» — уточнила у Калякиной председательствующая судья Людмила Пчелинцева. В ответ заявительница пояснила, что прежде всего опровергает вывод о раздельном проживании.

Один из свидетелей, к словам которого прислушались суды, по словам Калякиной, работает на предприятии с 2018 года, а показания давал за 2014-й. Другой сперва заявил, что супруги не жили вместе 10 лет. Когда же суд установил факт совместного проживания до 2015 года, он почему-то не сопоставил его с показаниями этого свидетеля, заметила Калякина. «С моей стороны давали показания свидетели, которые знали супруга 20 лет. Мы жили рядом с ними, вместе отмечали праздники. Но суд их показаниям оценки не дал», — обратила внимание заявительница.

Затем судьи перешли к вопросу о материальной помощи.

— Кто все-таки заставил вас вернуть эти деньги? — спросила у вдовы судья-докладчик Татьяна Вавилычева.

— Материальная помощь была мне оказана буквально на второй день после смерти супруга. Когда я запросила сведения о причитающихся ему выплатах, в ответном письме перечислялись его долги, среди которых была и эта материальная помощь.

— И там говорилось, что надо бы ее вернуть? — уточнила Вавилычева.

— Да, и я вернула.

В итоге судьи отменили акты нижестоящих инстанций и направили дело в райсуд для нового рассмотрения в ином составе (дело № 37-КГ21-2-К1).

* Имя и фамилия изменены редакцией.

Метки записи:  

Оставить комментарий

avatar
  
smilegrinwinkmrgreenneutraltwistedarrowshockunamusedcooleviloopsrazzrollcryeeklolmadsadexclamationquestionideahmmbegwhewchucklesillyenvyshutmouth
  Подписаться  
Уведомление о