Для прекращения производства по ходатайству об обыске в жилище адвоката потребовалось 1,5 года

В ходе повторного рассмотрения дела апелляция посчитала существенным противоречием указание первой инстанции на разрешение производства обыска в жилище, где адвокат не осуществляет свою деятельность, с участием представителя адвокатской палаты

Для прекращения производства по ходатайству об обыске в жилище адвоката потребовалось 1,5 года

Представители адвоката Игоря Вагина, в доме которого был проведен обыск, прокомментировали «АГ» решение суда. Один из них отметил: несмотря на то, что апелляционное постановление обоснованно, были и другие основания для прекращения производства. Другой указал, что, хотя и оценивает апелляционное постановление положительно, оно производит двоякое впечатление, так как в нем отражены не все обстоятельства. Третий заметил, что еще в мае 2018 г. президиуму Мосгорсуда следовало прекратить производство по ходатайству об обыске, а не направлять дело на новое рассмотрение.

Московский городской суд прекратил производство по ходатайству следователя о проведении обыска в жилищах гражданина М., собственником которых является адвокат АП г. Москвы Игорь Вагин. Для этого решения потребовалось 1,5 года и два судебных разбирательства.

Обыск с нарушениями

Как ранее писала «АГ», 5 июля 2017 г. Тверской районный суд г. Москвы удовлетворил ходатайство следователя о производстве обыска в жилищах гражданина М. – в квартире по месту его регистрации, а также в частном доме по месту фактического проживания. Следователь обратился с ходатайством, обосновывая его тем, что в ходе ОРД была выявлена причастность М. к совершению преступления, предусмотренного п. «а», «б» ч. 2 ст. 172 УК РФ «Незаконная банковская деятельность», и были основания полагать, что в его жилищах находятся предметы и документы, имеющие значение для расследования уголовного дела.

Суд удовлетворил ходатайство, не приняв во внимание то, что собственником обоих жилых помещений является отец М. – адвокат АП г. Москвы Игорь Вагин, хотя соответствующая информация была указана следователем в ходатайстве. Таким образом, в постановлении не было сделано ссылки на нормы ст. 450.1 УПК РФ, а также не были указаны конкретные предметы, подлежащие отысканию в ходе обыска.

Обыски были проведены 15 августа 2017 г., при этом при их проведении присутствовали уполномоченные представители АП г. Москвы, поскольку орган следствия попытался соблюсти законность и уведомил палату о проведении ОРМ в жилище адвоката. Тем не менее сама процедура обыска была проведена с нарушениями, так как следственной группой были изъяты предметы и документы, принадлежащие адвокату.

Постановление суда, санкционировавшего обыск, было обжаловано в Мосгорсуд, однако апелляция не нашла нарушений закона. После этого адвокаты Юрий Никитин и Дмитрий Свиридов обратились в президиум Мосгорсуда с кассационной жалобой в защиту интересов Игоря Вагина. 11 мая 2018 г. кассация вынесла решение, которым направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

Обращение в Конституционный Суд

Стоит отметить, что 29 мая 2018 г. КС вынес Определение № 1341-О, в котором отказал в принятии к рассмотрению жалобы Игоря Вагина на ст. 165 и ч. 3 ст. 182 УПК. В ней заявитель просил признать нормы неконституционными в связи с тем, что они позволяют при производстве обыска в жилище адвоката не применять установленные законом специальные нормы – гарантии обеспечения сохранности адвокатской тайны.

КС указал, что данные нормы не предполагают производство обыска в отношении адвоката в нарушение предусмотренных ст. 450.1 УПК правил и не могут расцениваться как нарушающие права заявителя в обозначенном в его жалобе аспекте.

Повторное рассмотрение дела в суде первой инстанции

24 июля 2018 г. Тверской районный суд снова рассмотрел материалы дела. В постановлении (имеется у «АГ») указывается, что в суде были допрошены свидетели со стороны защиты – адвокат М., который пояснил, что вместе с Игорем Вагиным они неоднократно работали по делам доверителей, в том числе и в месте его проживания, а также Б., П. и Г., которые рассказали, что у них заключены соглашения об оказании юридической помощи с Игорем Вагиным, услугами которого они пользовались, в том числе и месту его проживания.

В суде следователь вновь просил удовлетворить ходатайство. Он указал, что в ходе ОРМ было установлено, что в жилище, где проведен обыск, может проживать Игорь Вагин, обладающий статусом адвоката, но адвокатскую деятельность там не осуществляет. Кроме того, обыск направлен на установление предметов и документов, относящихся к незаконной банковской деятельности, к которой причастен М.

Следователь также отметил, что производство обыска проводилось с участием адвокатов, при этом каких-либо предметов и документов, относящихся к деятельности Игоря Вагина, изъято не было. Он просил суд отнестись критически к показаниям свидетелей, поскольку они длительное время знакомы с адвокатом, в связи с чем заинтересованы в исходе рассмотрения дела. Прокурор позицию следователя поддержала.

Представители Игоря Вагина в свою очередь отмечали, что обыск уже проведен, а действующее уголовно-процессуальное законодательство не предусматривает повторного обращения в суд с указанным ходатайством. Кроме того, они подчеркивали, что в материалах дела помимо рапортов оперуполномоченного сотрудника отсутствуют какие-либо документы, подтверждающие, что Игорь Вагин не осуществляет адвокатскую деятельность в месте проживания.

Заслушав стороны, суд пришел к выводу, что постановление о производстве обыска представлено в рамках возбужденного дела следователем, в производстве которого находится уголовное дело, с согласия руководителя следственного органа. Постановление обосновано фактическими данными, которые свидетельствуют о необходимости производства обыска в указанных жилищах, что подтверждается материалами уголовного дела.

Вместе с тем суд указал, что убедительных сведений, свидетельствующих о том, что указанные в ходатайстве жилые помещения используются Игорем Вагиным для адвокатской деятельности, представлено не было. Тем не менее, со ссылкой на ст. 8 Закона об адвокатуре, а также положения ст. 450.1 УПК, суд разрешил производство обыска в присутствии представителя от АП г. Москвы с запретом изъятия всего производства адвоката по делам его доверителей, а также любой фиксации содержащихся в них материалов.

Таким образом, Тверской районный суд г. Москвы повторно постановил разрешить производство обыска в доме адвоката с целью отыскания и изъятия предметов и документов, имеющих отношение к уголовному делу.

Повторное рассмотрение дела в апелляции

В апелляционном постановлении Мосгорсуд указал, что нижестоящей инстанцией не было принято во внимание то, что указанные помещения являются местом жительства Игоря Вагина. Между тем имеющийся у него статус адвоката предполагает особый порядок производства по уголовным делам исходя из положения ст. 447, 450.1 УПК, Закона об адвокатуре, а также правовых позиций КС и ВС, сформулированных в различных решениях. Апелляция отметила, что именно по этой причине постановление Тверского районного суда было ранее отменено президиумом Мосгорсуда.

Согласно апелляционному постановлению представители Игоря Вагина в жалобе указали, что УПК не предусмотрена возможность дачи судом разрешения на производство уже проведенного обыска, когда речь идет о специальном субъекте – адвокате. Отмечается, что признание проведенного обыска законным в данном случае невозможно, так как в отношении адвоката производство обыска без судебного решения недопустимо.

В жалобе также указывалось, что показания свидетелей надлежащей оценки не получили, а рапорт оперативного сотрудника ФСБ, содержащий сведения об обратном, необоснованно принят судом во внимание. Кроме того, использование рапорта в качестве доказательства недопустимо, поскольку он не соответствует требованиям ст. 89, 75 УПК, содержит лишь мнение (утверждение) лица, его составившего, а не сведения о фактах; более того, в нем не указан источник осведомленности оперативного сотрудника. Адвокаты отметили, что, так как в его допросе было отказано, то остались невыясненными обстоятельства, связанные с осуществлением Игорем Вагиным адвокатской деятельности по месту проведения обысков. При этом они отметили, что получение информации, изложенной в рапорте, возможно лишь в результате ОРМ, проведенных на основании судебных решений, поскольку речь идет о специальном субъекте – адвокате. Подчеркивается, что в постановлении не указано, чьи именно вещи и электронные носители, а также компьютеры и телефоны подлежат изъятию, что допускает возможность изъятия в том числе вещей Игоря Вагина, связанных с осуществлением им своей профессиональной деятельности.

Заслушав стороны, Мосгорсуд указал, что нижестоящей инстанцией не принято во внимание, что обыски по месту постоянной регистрации адвоката, а также в жилом доме, принадлежащем ему на праве собственности, уже проведены. Апелляция отметила, что также не приняты во внимание положения законодательства о том, что производство обыска в жилище адвоката допускается исключительно на основании судебного решения, а если речь идет о необходимости применения положений ст. 450.1 УПК, то только по уголовным делам, возбужденным в отношении адвоката, либо в случае привлечения его в качестве обвиняемого.

Мосгорсуд отметил, что нижестоящей инстанцией допущена явная неопределенность в вопросе, связанном с необходимостью применения положений ст. 450.1 УПК либо в отсутствии оснований для этого. Он указал, что хотя суд пришел к выводу об отсутствии убедительных данных об осуществлении Игорем Вагиным адвокатской деятельности по указанным адресам, но одновременно с этим применяет положения ст. 450.1 УПК, несмотря на то, что в рамках расследуемого дела адвокат статуса обвиняемого или подозреваемого не имел. Не указывая в обжалуемом постановлении, что обыск разрешается в жилищах адвоката, суд обязывает органы следствия привлечь к его производству уполномоченного представителя адвокатской палаты субъекта РФ, обеспечивающего неприкосновенность предметов и сведений, составляющих адвокатскую тайну, а также устанавливает запрет изъятия всего производства адвоката по делам его доверителей.

«Таким образом, обжалуемое постановление содержит существенные внутренние противоречия относительно подлежащего применению закона, что недопустимо и является основанием для отмены решения суда», – отметил Мосгорсуд.

В связи с этим суд постановил решение Тверского районного суда г. Москвы отменить, а производство по ходатайству следователя прекратить.

Комментарии адвокатов

Один из представителей Игоря Вагина, адвокат АП г. Москвы Дмитрий Свиридов в комментарии «АГ» указал, что президиуму Мосгорсуда еще в мае 2018 г. следовало прекратить производство, а не направлять дело на новое рассмотрение. «При повторном рассмотрении суд и стороны оказались в нелепой ситуации с точки зрения права. Получалось, что следствие просило разрешение на проведение следственных действий – обыска, который уже проведен. Подобное не предусмотрено УПК. Проведение же неотложного обыска с последующим получением разрешения на него на данную ситуацию никак не может распространяться, потому что в отношении спецсубъектов он вообще не предусмотрен», – отметил Дмитрий Свиридов.

Он сообщил, что так и не удалось выяснить, каким образом следователь установил, что адвокатская деятельность в обыскиваемом помещении не осуществляется. «Установить подобный факт можно только одним способом – проведением в отношении адвоката ОРМ. Но в отношении адвоката они должны проводиться с соблюдением разрешительных мер, предусмотренных действующим законодательством, – при наличии судебных постановлений, чего, очевидно, не было. Если же ОРМ проводились в отношении любого другого лица, то таким образом нельзя установить, осуществляет ли в помещении Игорь Вагин адвокатскую деятельность или нет», – подчеркнул адвокат.

Дмитрий Свиридов добавил, что указание апелляционным судом на имеющие противоречия в постановлении нижестоящей инстанции соответствует позиции Европейского Суда, который неоднократно говорил, что в отношении адвокатов при проведении обысков должны применяться процедура отсева отыскиваемых предметов и особо тщательный контроль.

Адвокат АП г. Москвы Юрий Никитин, также представлявший Игоря Вагина, считает, что хотя апелляционное постановление и обоснованно, однако были и другие основания для прекращения производства, которые обозначены в апелляционной жалобе. «Оперативные сотрудники ФСБ допустили нарушения при оформлении и представлении документов – к ним должны были быть приложены различные постановления. Например, мы не знали какое мероприятие проводилось, поскольку на него не было соответствующего постановления. Есть только рапорт о том, что оно проводилось. Это не соответствует Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд», – пояснил Юрий Никитин.

Третий представитель Игоря Вагина, адвокат АП Воронежской области Михаил Тихонов указал, что апелляционное постановление производит двоякое впечатление, так как в нем отражены не все обстоятельства. При этом он отметил, что в целом оценивает его положительно, в связи с чем сторона защиты не планирует обращаться в кассацию. «Мы добились решения, которого и добивались. Обжаловать формулировки тактически неправильно и некорректно», – считает адвокат.

Марина Нагорная

Метки записи:   ,
Оставьте комментарий к этой записи ↓

Ваше имя *

Ваш email *

Ваш сайт

Ваш отзыв *

* Обязательные для заполнения поля
Внимание: все отзывы проходят модерацию.