Компенсация за неиспользованный отпуск как злоупотребление правом

Об установлении фактов реализации права на отдых в отсутствие документов

Филиных Тамара
Юрист АБ «КИАП»

21 ноября 2025
Судебная практикаТрудовое право

Постановление
Конституционного Суда РФ от 25 октября 2018 г. № 38-П «По делу о проверке конституционности части первой статьи 127 и части первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан М.В. Данилова, К.В. Кондакова и других» в некотором смысле сместило курс судебной практики в спорах о выплате работникам компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении.

До принятия данного постановления суды ограничивались формальным установлением факта, была выплачена компенсация или нет, что определяло результат спора. Постановление от 25 октября 2025 г. № 38-П способствовало принятию судебных актов в пользу работодателей. Это связано с тем, что Конституционный Суд четко обозначил обстоятельства, которые должны быть учтены судами при разрешении споров данной категории:

• причины, по которым работник своевременно не воспользовался правом на ежегодный оплачиваемый отпуск;
• наличие либо отсутствие нарушения данного права со стороны работодателя;
• специфика правового статуса работника, его место и роль в механизме управления трудом у конкретного работодателя;
• возможность как злоупотребления влиянием на документальное оформление решений о предоставлении работнику ежегодного оплачиваемого отпуска, так и фактического использования отпусков, формально ему не предоставленных в установленном порядке;
• иные обстоятельства.

Частым, но неоднозначным в данной категории споров становится вопрос о том, имеет ли работник право на компенсацию, если фактически он отпуск отгулял, но документально это не оформлялось. Такое возможно, например, если работник и директор/бухгалтер находятся в сговоре и не оформляют соответствующие документы, чтобы впоследствии получить деньги с общества, или если работник сам находится в должности директора/бухгалтера.

На первый взгляд в такой ситуации очевидно: если работник фактически отдыхал, о какой компенсации может идти речь, ведь в случае ее выплаты получится, что работник не только отдохнул, но и впоследствии деньги за это получил. Однако таких примеров судебной практике известно достаточно. Примечательно в них то, как и какие доказательства исследует суд, поскольку установить факт реализации права на отдых в отсутствие документального оформления зачастую сложно. Ответчик-работодатель нередко вынужден прибегать к адвокатским и судебным запросам в разные органы и организации, изучению соцсетей работника.

Например, в одном из дел в суд обратилась Ц., которая с 2015 по 2020 г. работала бухгалтером в обществе с ограниченной ответственностью. Истец указала, что за весь период действия трудового договора не использовала право на ежегодный оплачиваемый отпуск. Количество дней неиспользованного отпуска за расчетный период составило порядка 150, однако при увольнении соответствующая компенсация истцу выплачена не была.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходил из того, что истцом в период работы все же были использованы дни отпуска в соответствии с графиками отпусков за 2016–2020 гг. Сложность для ответчика состояла в том, что документы о предоставлении Ц. отпуска оформлены не были. В итоге суд сделал вывод о фактическом использовании работником отпуска на основании ответов различных учреждений на судебные запросы. Так, суд направил запрос в АО «Федеральная пассажирская компания» с вопросом о приобретении проездных документов на имя Ц. из автоматизированной системы управления пассажирскими перевозками «Экспресс» ОАО «РЖД». Из ответа на запрос следовало, что в период с 2016 по 2020 г. истец регулярно приобретала железнодорожные билеты по маршруту «Санкт-Петербург – Адлер» и обратно, и каждый раз на 14 календарных дней.

Также ответчик приобщил к материалам дела фотографии из соцсетей работника, на которых истец была изображена на фоне пейзажей и городских застроек, отсутствующих как в городе Санкт-Петербурге (где находилось ее рабочее место), так и в Северо-Западном регионе в целом (море, горы и т.д.). Причем даты публикации фотографий совпадали не с выходными, а с будними днями, а также соответствовали периодам, на которые истец уезжала из Санкт-Петербурга.

Суд также учел, что по адресу арендуемого работодателем помещения для организации рабочих мест действовали электронные системы доступа, который предоставляется по предъявлении электронного пропуска. Суд принял в качестве доказательств и представленные в материалы дела ответы на адвокатские запросы о том, что электронный пропуск на имя Ц. в даты ее отпуска, указанные в графиках отпусков, не использовался, и заключил, что в указанные дни истец не находилась на рабочем месте.

Со ссылкой на злоупотребление правом суд отказал истцу во взыскании компенсации за ежегодный оплачиваемый отпуск1. Решение устояло в апелляции.

В другом деле суд также отказал работнику – генеральному директору общества во взыскании компенсации за неиспользованный отпуск в связи с его фактическим использованием.

При этом суд также пришел к выводу о злоупотреблении истцом правом, основываясь на ответах организаций на судебные запросы. Так, авиакомпания в ответе на запрос суда указала, что в определенные даты истец совершал перелеты «Москва – Саратов», а также спустя несколько дней «Саратов – Москва». Причем такие перелеты он совершал несколько раз. Кроме того, истец летал в Анапу. Следовательно, как заключил суд, работник в нарушение требований ТК РФ и трудового договора, используя свое право на отдых, не оформляя отпуск надлежащим образом, получал заработную плату якобы за отработанные дни, отсутствуя при этом на рабочем месте, и отказал в удовлетворении требований со ссылкой на ст. 10 ГК РФ2.

В качестве доказательства также может быть использована информация, предоставляемая пограничной службой. Так, краевой суд отменил решение первой инстанции и отказал работнику во взыскании компенсации за неиспользованный отпуск.

Несогласие апелляции было обусловлено тем, что суд первой инстанции не исследовал вопрос об отсутствии истца на территории России в определенные периоды, за которые та требовала выплаты компенсации. Истец, в частности, заявляла, что потеряла загранпаспорт, и суд посчитал, что в связи с этим исследовать вопрос о ее нахождении за рубежом не представляется возможным.

Однако апелляция не согласилась с таким выводом и указала, что судом не установлены юридически значимые обстоятельства по делу, не проверены доводы ответчика о том, что истец систематически выезжала заграницу в период работы. При этом ответчик лишен возможности получить сведения о пересечении истицей Государственной границы РФ. В связи с этим апелляционный суд направил запрос в ФСБ России – отряд пограничного контроля Федеральной службы безопасности РФ в международном аэропорту «Шереметьево». Из ответа отряда погранконтроля следовало, что в разные промежутки времени истец выезжала из России на территорию Турции, Кипра, ОАЭ и Грузии. Это значит, что работник фактически использовала свое право на ежегодный оплачиваемый отпуск. Следовательно, в удовлетворении требований о взыскании компенсации должно быть отказано3.

Еще одним доказательством может служить ответ мобильного оператора. Так, апелляция согласилась с решением суда первой инстанции, отказавшего в удовлетворении исковых требований со ссылкой на ответ мобильного оператора: «Факт нахождения истца в период с 16.01.2020 г. по декабрь 2020 г. и с января 2021 г. по апрель 2021 г. в г. Магадане подтверждается биллингом (информацией о местонахождении телефона абонента сотовой связи), представленным сотовым оператором»4.

Как видно, суды нередко выносят решения в пользу работодателя. Однако встречаются и формальные позиции, когда суды разрешают подобные споры, опираясь лишь на наличие или отсутствие соответствующих кадровых документов.

Также бывают ситуации, когда работники намеренно не используют право на ежегодно оплачиваемый отпуск годами, чтобы накопить большой размер компенсации и получить ее при увольнении. В этом случае суды также не всегда встают на сторону работника.

Например, бывший бухгалтер ТСЖ С. обратилась в суд с иском к работодателю о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, процентов за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск, а также компенсации морального вреда. В исковом заявлении указывалось, что за 10 лет работы (с 2012 по 2022 г.) истец использовала только 45 дней ежегодного оплачиваемого отпуска.

Суд частично удовлетворил исковые требования и взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию в 150 тыс. руб., а также моральный вред в 5 тыс. руб. Однако апелляция и кассация не согласились с решением суда первой инстанции и отказали в удовлетворении требований работника, расценив ее длительный отказ от права на ежегодный оплачиваемый отпуск без уважительных причин (более девяти лет) с целью дальнейшего получения денежных средств как злоупотребление правом.

При этом суды приняли во внимание должность работника, поскольку бухгалтер имела возможность злоупотреблять влиянием на документальное оформление решений о предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска5. К аналогичным выводам пришел суд и в другом примере, мотивировав отказ в удовлетворении требований работника тем, что «являясь директором, к чей компетенции относятся вопросы принятия кадровых решений, в том числе связанных с предоставлением отпуска, истец правом на использование отпуска не воспользовался, доказательств уважительности причин невозможности реализации такого права не представил»6.

Довольно заурядными являются споры, связанные с суммами компенсации за неиспользованный отпуск.

В подобного рода делах суды далеко не всегда встают на сторону работников. Спор между сторонами трудового договора может возникнуть, например, по дням, за которые производятся расчеты. Так, суд первой инстанции, с которым согласилась апелляция, указал на корректность расчетов работодателя при выплате работнику компенсации за неиспользованные отпуска, отметив, что если работник в день увольнения не работал, соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете7.

Приведенные примеры демонстрируют, что тенденция к удовлетворению требований в пользу работников не столь очевидна, как принято считать. Практика показывает, что суды с большим вниманием стали относиться к доказательствам ответчиков-работодателей – в частности, по спорам о выплате компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении работника. Норма, на которую в этом случае опираются суды, – ст. 10 ГК РФ. В связи с этим работнику важно не только добросовестно выполнять должностные обязанности, но и действовать добросовестно при любом взаимодействии с работодателем, в том числе при увольнении.

Для работодателей требование добросовестности должно быть не менее, а даже более строгим. Прежде всего необходимо вовремя и надлежащим образом оформлять документы и строго контролировать документооборот юрлица или ИП. Особенно это касается директоров и бухгалтеров компании, в отношении которых суды нередко признают возможность недобросовестно влиять на документальное оформление отпусков.

1 Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 7 марта 2024 г. № 33-1682/2024.

2 Решение Заводского районного суда г. Саратова от 8 октября 2024 г. по делу № 2-3245/2024.

3 Апелляционное определение Ставропольского краевого суда от 23 марта 2023 г. № 2-1754/2022, 33-3-1747/2023.

4 Апелляционное определение Омского областного суда от 22 марта 2023 г. по делу № 33-1717/2023.

5 Апелляционное определение Московского областного суда от 7 августа 2023 г. по делу № 33-26834/2023; определение
Первого КСОЮ от 15 января 2024 г. по делу № 88-1637/2024.

6 Апелляционное определение Самарского областного суда от 5 марта 2024 г. № 33-3447/2024.

7 Решение Дзержинского районного суда г. Нижнего Тагила Свердловской области от 19 марта 2025 г. по делу № 2-624/2025; апелляционное определение Свердловского областного суда от 25 июля 2025 г. по делу № 33-8997/2025.