Вопросы юристу


ВС: В делах о взыскании неосновательного обогащения с бывшего работника нужно учитывать природу выплат

Он также заметил, что суды должны не только исходить из наличия или отсутствия тех или иных формализованных актов, но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции

ВС: В делах о взыскании неосновательного обогащения с бывшего работника нужно учитывать природу выплат

По мнению одного эксперта «АГ», Верховный Суд вновь рассмотрел вопрос установления факта трудовых отношений, который нижестоящие инстанции в принципе не исследовали, и отметил, что при новом рассмотрении дела нужно детально разобраться, какие действительно правоотношения были между физлицом и компанией. Другой полагает, что выводы ВС направлены на пресечение ущемления прав работника, с которым работодатель не оформил надлежащим образом трудовые отношения, но фактически состоял с ним в таковых.

Верховный Суд вынес Определение по делу № 18-КГ22-79-К4 о взыскании обществом неосновательного обогащения с бывшего работника за период, в который он официально не работал в фирме.

ООО «Креативити» обратилось в суд с иском к бывшему работнику Игорю Кодакову о взыскании неосновательного обогащения со ссылкой на то, что ответчик состоял в трудовых отношениях с обществом лишь с апреля по май 2019 г., а спорные выплаты были произведены за иной период, когда он не работал у истца. В ходе судебного разбирательства было установлено, что с февраля 2018 г. по декабрь 2019 г. истец перечислил 2,9 млн руб. на расчетный счет ответчика по реестру выплаты зарплаты.

Суд удовлетворил иск, посчитав, что в платежных документах имелись ссылки на счета по услугам, которые фактически ему не оказывались, а платежные поручения содержали сведения о предоставлении денег на командировочные расходы в период, когда Игорь Кодаков не работал в «Креативити». Суд также отметил, что ответчик не представил доказательств получения денежных средств от общества на основании сделки или в счет исполнения иных обязательств, а также в качестве дара или во исполнение несуществующего обязательства. Он добавил, что Игорь Кондаков не оспаривал отсутствие договорных отношений с обществом в период с 7 февраля 2018 г. по 5 декабря 2019 г. В дальнейшем апелляция и кассация поддержали решение первой инстанции.

Игорь Кондаков обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд. Рассмотрев дело, Судебная коллегия по гражданским делам ВС напомнила, что обязательства из неосновательного обогащения возникают при наличии трех обязательных условий: имеет место приобретение или сбережение имущества; такие действия произведены за счет другого лица; они не основаны ни на законе, ни на сделке, то есть происходят неосновательно. Согласно подп. 3 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения зарплата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки. Сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ).

Со ссылкой на п. 18 Постановления Пленума ВС РФ № 15 от 29 мая 2018 г. «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей – физических лиц и у работодателей – субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» Суд напомнил, что в подобных спорах суды вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К доказательствам того, что между сторонами имелись трудовые отношения, могут быть отнесены такие письменные доказательства, как документы о направлении работника в командировку, расчетные листы о начислении зарплаты, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника.

«При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции, – отмечено в определении. – К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем».

В этом деле, заметил ВС, документы, содержащие сведения о выплатах по реестру зарплаты, а также сведения о предоставлении денежных средств на командировочные расходы, включающие в себя в том числе указание на Игоря Кодакова, были представлены в суд первой инстанции самим истцом, однако никакой оценки суда не получили. Признав исключительным средством доказывания в данном деле документ о том, что ответчик состоял в трудовых отношениях с обществом только с 1 апреля по 1 мая 2019 г., суды не учли, что заключение в письменной форме трудового договора возложено на работодателя.

При этом отсутствие оформленного надлежащим образом трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора – заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, письменного трудового договора в установленный срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (ст. 22 ТК РФ).

Тем самым, счел ВС, вывод суда о том, что в ходе рассмотрения дела ответчик не оспаривал отсутствие договора между ним и обществом, сам по себе не мог быть положен в обоснование вывода о наличии оснований для удовлетворения иска общества. В ходе судебного разбирательства представитель ответчика утверждал, что Игорь Кодаков работал в компании три года (его зарплата составляла 33 тыс. руб. в месяц), и просил суд истребовать соответствующие документы из ФСС и ПФР, однако в удовлетворении этого ходатайства было отказано. Тем самым суд уклонился от установления правоотношений между сторонами и не установил правовую природу произведенных обществом выплат, не установил все юридически значимые обстоятельства дела и не обеспечил право ответчика на эффективную судебную защиту, что привело к вынесению незаконного судебного акта. Таким образом, ВС отменил судебные акты апелляции и кассации и вернул дело на новое рассмотрение в апелляционный суд.

Старший юрист практики разрешения споров Lidings Елизавета Фурсова отметила, что Верховный Суд в очередной раз рассмотрел вопрос установления факта трудовых отношений. «Три инстанции сфокусировались на установлении факта фактического оказания услуг физическим лицом и не нашли подтверждений реального выполнения услуг. Что удивительно, с учетом современной судебной практики все три инстанции проигнорировали доказательства, представленные физлицом, об оформлении на его имя командировок и указание его фамилии в реестре заработной платы компании. Ошибку исправил ВС РФ, указав, что в первую очередь в указанном вопросе необходимо опираться на нормы трудового законодательства и установить, есть ли признаки фактических трудовых отношений», – отметила она.

По словам эксперта, фактически ВС обратил внимание, что суды нижестоящих инстанций в принципе не исследовали указанный вопрос, и при новом рассмотрении необходимо детально разобраться, какие действительные правоотношения были между физическим лицом и компанией. «Если факт трудовых отношений будет установлен, то в таком случае оснований для взыскания неосновательного обогащения с работника нет, так как, согласно п. 3 ст. 1109 ГК, зарплата при отсутствии недобросовестности работника или счетной ошибки со стороны работодателя не подлежит взысканию в качестве неосновательного обогащения. В такой ситуации работодатель может использовать исключительно механизмы, предусмотренные ст. 138 ТК, о порядке и основаниях удержания излишне выплаченных работнику денежных средств и доказывать в суде недобросовестность со стороны работника или факт допущения счетной ошибки фирмой», – отметила Елизавета Фурсова.

Генеральный директор, партнер юридической фирмы Law & Commerce Offer Антон Алексеев полагает, что в этом деле Верховный Суд справедливо исходил из того, что суды нижестоящих инстанций не выяснили важное обстоятельство, имеющее существенное значение для правильного разрешения спора, учитывая то, что о нем ответчик заявлял в суде первой инстанции. «При новом рассмотрении суду апелляционной инстанции надлежит выяснить наличие фактических трудовых отношений между истцом и ответчиком в период получения последним спорной денежной суммы, а также установить наличие причин для ее невозврата в соответствии с ч. 3 ст. 1109 ГК РФ. При этом доказывание наличия указанных оснований возлагается на ответчика. Выводы комментируемого определения ВС в том числе направлены на пресечение ущемления прав работника, с которым работодатель не оформил надлежащим образом трудовые отношения, но фактически состоял с ним в таковых», – полагает он.

Метки записи:   ,

Оставить комментарий

avatar
  
smilegrinwinkmrgreenneutraltwistedarrowshockunamusedcooleviloopsrazzrollcryeeklolmadsadexclamationquestionideahmmbegwhewchucklesillyenvyshutmouth
  Подписаться  
Уведомление о