ВС разграничил виндикацию и признание сделок по отчуждению автомобиля недействительными

Как указал Суд, добросовестность приобретателя транспортного средства – это не предмет иска, а одно из обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора об истребовании автомобиля из чужого незаконного владения

Одна из экспертов «АГ» отметила, что Верховный Суд в очередной раз исправляет ошибку, связанную с одновременным удовлетворением требований о признании сделки недействительной и истребовании имущества от добросовестного приобретателя, а также ориентирует суды на проверку факта наличия воли собственника на передачу владения иному лицу. Другой обратил внимание на то, что ВС также пресек практику предъявления ответчиками по виндикационным искам встречных исков о признании самих себя добросовестными приобретателями.

28 октября Верховный Суд вынес Определение
по делу № 18-КГ25-394-К4, в котором разъяснено, что подпись от имени владельца автомобиля в ДКП, выполненная иным лицом, сама по себе не свидетельствует о том, что транспортное средство выбыло из владения собственника помимо его воли, и не может являться безусловным основанием для истребования этого имущества из чужого незаконного владения.

Наталья Ропакова в середине 2022 г. заключила с автосалоном «Адлер Авто» в лице индивидуального предпринимателя Константина Косарева агентский договор на реализацию принадлежащего ей автомобиля Hyundai Sonata. Согласно акту приема-передачи автомобиль вместе с ключом и свидетельством о регистрации ТС был передан ИП для размещения на демонстрационной площадке автосалона для показа потенциальным покупателям.

1 сентября автомобиль был продан Саиду Пирмагомедову по ДКП, заключенному от имени Натальи Ропаковой. Спустя два дня новый собственник продал автомобиль Ивану Калько за 2,5 млн руб., купившему его в том числе за счет кредита от «Альфа-Банка». Согласно реестру залогов Федеральной нотариальной палаты, запись о залоге автомобиля была внесена 4 сентября. Далее новый владелец зарегистрировал свои права на машину в ГИБДД.

В конце сентября того же года Наталья Ропакова обратилась в полицию с заявлением о хищении автомобиля со ссылкой на отсутствие его в автосалоне. В феврале 2023 г. было возбуждено уголовное дело по факту мошеннических действий, постановлением от 15 марта женщина была признана потерпевшей, автомобиль же был арестован как вещдок.

Далее Наталья Ропакова обратилась в суд с иском к Ивану Калько, ИП Константину Косареву, Саиду Пирмагомедову и «Альфа-Банку» о признании ДКП недействительными, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, исключении записи о залоге, аннулировании права собственности Ивана Калько на автомобиль и регистрации его за ней. В иске отмечалось, что в результате незаконных действий ответчиков автомобиль Натальи Ропаковой выбыл из ее владения помимо ее воли.

Иван Калько подал встречный иск о признании его добросовестным приобретателем, поскольку при заключении ДКП он проявил разумную осмотрительность, автомобиль приобретен им по возмездной сделке, в том числе за счет банковского кредита, и находится в залоге у «Альфа-Банка». Он настаивал на том, что не знал и не мог знать о розыске спорного ТС, поскольку такие сведения отсутствовали, автомобиль был зарегистрирован за ним в ГИБДД без каких-либо замечаний.

В рамках дела была назначена судебная почерковедческая экспертиза; согласно заключению эксперта, подпись и расшифровка подписи от имени Натальи Ропаковой в ДКП от 1 сентября 2022 г. выполнены не ею, а иным лицом. По итогам рассмотрения суд, указав на отсутствие воли истца на отчуждение спорного автомобиля, удовлетворил исковые требования Натальи Ропаковой и отказал в удовлетворении встречного иска Ивана Калько. Были признаны недействительными агентский договор на реализацию автомобиля, заключенный от лица истца с Саидом Пирмагомедовым ДКП от 1 сентября 2022 г. и ДКП, заключенный между Саидом Пирмагомедовым в лице агента ООО «Развитие» и Иваном Калько, а также п. 10 договора автокредитования от 3 сентября 2022 г., заключенный между «Альфа-Банком» и Иваном Калько. Спорный автомобиль был истребован из незаконного владения Ивана Калько в собственность Натальи Ропаковой. Также была исключена запись о залоге в отношении данного автомобиля из реестра залогов движимого имущества ФНП и прекращена регистрация автомобиля за Иваном Калько, возобновлен госучет ТС за Натальей Ропаковой. Апелляция и кассация поддержали решение первой инстанции.

Изучив кассационную жалобу Ивана Калько, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ напомнила, что добросовестное приобретение в смысле ст. 302 ГК РФ возможно тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, последствием сделки, совершенной с таким нарушением, является не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения, то есть виндикация. Значит, лица, считающие себя собственниками имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные ст. 302 Кодекса основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя. «Исходя из этого, правовая природа таких способов защиты прав, как признание сделки недействительной или применение последствий недействительности сделки и истребование имущества из чужого незаконного владения, исключает одновременное их избрание лицом при выборе способа защиты своих прав. Однако это не было учтено судебными инстанциями при рассмотрении заявленных Натальей Ропаковой требований», – указано в определении.

ВС также напомнил, что собственник может истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражений ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам следует устанавливать, имелась ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

В этом деле, заметил Верховный Суд, нижестоящие инстанции ограничились лишь тем фактом, что подпись от имени Натальи Ропаковой в ДКП спорного автомобиля от 1 сентября 2022 г. выполнена не ею, а иным лицом. Однако это обстоятельство само по себе не свидетельствует о том, что имущество выбыло из владения истца помимо его воли, и не может являться безусловным основанием для истребования имущества. При этом судом установлено, что Наталья Ропакова сама передала автомобиль с документами и ключом от него в автосалон в целях последующей реализации, после чего это ТС было реализовано автосалоном и в конечном итоге приобретено Иваном Калько с использованием кредита и под залог приобретенного автомобиля. Обстоятельства, позволяющие сделать вывод о недобросовестности последнего приобретателя, истцом не доказаны и судом не установлены.

Напротив, из установленных судом обстоятельств следует, что в законности приобретения спорного автомобиля не усомнился не только Иван Калько, но и банк, выдавший кредит под залог этого автомобиля, и органы ГИБДД, зарегистрировавшие этот автомобиль за новым владельцем. Соответственно, у суда отсутствовали основания для вывода о выбытии спорного ТС из владения помимо воли лица, которому собственник сам передал имущество. Нарушение предпринимателем Константином Косаревым договорных обязательств в отношении Натальи Ропаковой, если таковое имело место, само по себе не служит основанием для признания заключенного между ними договора недействительным, а тем более для истребования авто у добросовестного приобретателя. При этом предъявленное Иваном Калько требование о признании его добросовестным приобретателем не указано ни в ст. 12 ГК РФ, ни в каком-либо ином законе.

В рассматриваемом случае, заметил ВС, добросовестность приобретателя – это не предмет иска, а одно из обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора об истребовании имущества. «При этом право добросовестного приобретателя защищается не предъявлением иска о признании его таковым, а путем ограничения правомочий собственника на истребование имущества, – указано в определении. – Признание добросовестным приобретателем не может рассматриваться и в качестве юридического факта, устанавливаемого судом, поскольку само по себе не влечет юридических последствий, а является лишь одним из элементов юридического состава, так как при определенных обстоятельствах истребование имущества допускается и у добросовестного приобретателя».

Таким образом, как счел ВС, требование Ивана Калько о признании его добросовестным приобретателем не подлежало рассмотрению судом ни в качестве самостоятельного, ни в качестве встречного иска. В связи с этим он отменил судебные акты нижестоящих судов и отказал в удовлетворении иска Натальи Ропаковой, прекратив производство по встречному иску Ивана Калько.

Член АП города Москвы Алина Емельянова заметила, что Верховный Суд в очередной раз исправляет ошибку, связанную с одновременным удовлетворением требований о признании сделки недействительной и истребовании имущества от добросовестного приобретателя (см. например, Определение ВС РФ от 19 марта 2013 г. № 5-КГ12-101). «ВС также ориентирует суды на проверку факта наличия воли собственника на передачу владения иному лицу. Применительно к рассмотренному делу он указывает на то, что выбытие автомобиля из владения фактически произошло с согласия собственника (передача автомобиля на реализацию по агентскому договору). Это обстоятельство фактически исключает возможность виндикации. ВС также указывает на то, что нарушение агентом договорных обязательств в отношении собственника автомобиля само по себе не является основанием для признания заключенного между ними договора недействительным и для истребования автомобиля у добросовестного приобретателя», – обратила внимание она.

Как полагает эксперт, с этим выводом ВС также следует согласиться в части того, что риск признания сделки недействительной не может быть отнесен на добросовестного приобретателя, который участником сделки не являлся: «Стоит отметить, что ситуация, которая легла в основу судебного разбирательства, не является редкой. И ранее Верховный Суд формулировал аналогичную позицию в части критериев добросовестности приобретателя (Определение ВС РФ от 5 октября 2021 г. по делу № 5-КГ21-99-К2)».

Управляющий партнер АБ «Юг» Юрий Пустовит назвал определение Верховного Суда РФ превосходным. «ВС четко и правильно ответил на все спорные вопросы дела и развеял несколько распространенных среди юристов заблуждений. Во-первых, он указал на необходимость четко разграничивать виндикацию и признание сделок недействительными, во-вторых, сделал правильный вывод о том, что автомобиль выбыл из владения истца по ее воле, а значит, его текущий владелец, возражая против истребования ТС, может ссылаться на добрую совесть. В-третьих, Суд верно указал на то, что, как бы ни исполнялись совершенные в ходе отчуждения автомобиля сделки, – для их действительности их исполнение значения не имеет. Но что мне понравилось больше всего – это заключительная часть определения, в которой ВС РФ наконец-то пресек давнюю и совершенно немыслимую практику предъявления ответчиками по виндикационным искам встречных исков о признании самих себя “добросовестными приобретателями”. Причем, что особенно приятно, ВС РФ обосновал свою позицию не только нормативно, ссылкой на закон, но и догматически, а именно указав на то, что добрая совесть – это не юридический факт, а элемент состава, подлежащего установлению по делу», – заметил он.