Вопросы юристу


Неявка адвоката в судебное заседание из-за профессиональной занятости не говорит об отказе от защиты

Совет АП г. Москвы также указал, что судья не может выдвигать дисциплинарное обвинение в связи с тем, что адвокат не уведомил о своей неявке другого защитника

Неявка адвоката в судебное заседание из-за профессиональной занятости не говорит об отказе от защиты

Один из экспертов отметил, что это решение крайне важно для дисциплинарной практики, поскольку подобные вопросы нередко возникают в ходе рассмотрения уголовных дел в суде. Другой считает, что напоминание со стороны Совета палаты о процессуальной неоднозначности одновременного участия приглашенного и назначенного адвокатов является хорошим поводом напомнить о наличии проблемы, требующей внимания. Третий полагает, что требование исполнения от адвоката обязанности уведомлять о своей неявке другого защитника является избыточным. Четвертый подчеркнул: адвокат должен так спланировать свой график, чтобы защитить интересы доверителей и не создать проблемы в суде.

Совет АП г. Москвы опубликовал решение о прекращении дисциплинарного производства в отношении адвоката по обращению судьи, поскольку подтверждения тому, что защитник не явился в судебное заседание без уважительной причины, не были найдены.

Повод для обращения судьи в АП

Адвокат К. являлся защитником подсудимого Ка. по соглашению, которого также защищал адвокат И., назначенный в соответствии со ст. 51 УПК РФ. 13 апреля 2022 г. был согласован и установлен график рассмотрения уголовного дела, всего было назначено пять судебных заседаний, возражений от участников уголовного судопроизводства, в том числе и от адвоката К., не поступало.

12 мая адвокат К. не явился в судебное заседание, при этом подсудимый возражал против рассмотрения дела в его отсутствие, в связи с чем судебное разбирательство по делу было отложено. После этого в АП г. Москвы поступило обращение судьи, которая поставила вопрос о привлечении адвоката К. к дисциплинарной ответственности. В обращении указывалось, что адвокат в нарушение требования п. 1 ст. 14 КПЭА заблаговременно не уведомил суд о невозможности прибытия в судебное заседание, а также не сообщил об этом адвокату И., участвующему в процессе. Судья отметила, что только после отложения дела в суд поступила телеграмма от адвоката К., направленная им 11 мая, в которой он просил отложить слушание по уголовному делу, поскольку одновременно занят в рассмотрении дел в апелляционной инстанции другого суда.

Судья пояснила, что адвокатом К. и ранее направлялись телеграммы об отложении судебных заседаний, которые до судебного заседания в суд не поступали. По ее мнению, ссылка на занятость в рассмотрении дел в апелляционной инстанции другого суда как на причину неявки в судебное заседание по уголовному делу с участием присяжных заседателей (с учетом специфики рассмотрения дел с участием присяжных заседателей), график рассмотрения которого был установлен заранее, несостоятельна. Она расценила ситуацию как недобросовестное отношение адвоката к принятым на себя поручениям, что является нарушением п. 3 ст. 10 КПЭА.

Впоследствии президент АП г. Москвы возбудил дисциплинарное производство в отношении адвоката К.

Рассмотрение дисциплинарного производства

Возражая против дисциплинарных обвинений, адвокат К. пояснил, что при согласовании графика рассмотрения уголовного дела в отношении Ка. судья проигнорировала его занятость в других, не менее сложных, процессах. Адвокат подчеркнул, что он не отказывался от защиты подсудимого, а последний не отказывался от его юридической помощи. Как указал адвокат, по мнению подсудимого Ка., он добросовестно выполняет свои обязанности, осуществляя его защиту.

Адвокат подтвердил, что действительно не явился в судебное заседание, однако указал, что заблаговременно уведомил суд телеграммой о причине своей неявки. Он пояснил, что им были проигнорированы неоднократные телефонные звонки помощника судьи, поскольку в это время он участвовал в судебных заседаниях. Адвокат К. заметил, что телеграмма, отправленная им 11 мая, не могла поступить в суд уже после отложения судебного заседания 12 мая, и суд должен был отложить судебное заседание по уголовному делу в отношении Ка., поскольку его защитник в эту же дату был занят в судебных заседаниях другого суда. По мнению адвоката, поскольку он заблаговременно уведомил суд о невозможности своей явки, то он не был обязан сообщать эту информацию защитнику Ка. по назначению – адвокату И.

22 июня 2022 г. Квалификационная комиссия АП г. Москвы вынесла заключение о необходимости прекращения дисциплинарного производства, поскольку в части неявки адвоката в судебное заседание и неуведомления об этом защитника по назначению отсутствует допустимый повод для возбуждения дисциплинарного производства, а в оставшейся части – в действиях (бездействии) адвоката отсутствуют нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности.

Совет палаты поддержал адвоката

В свою очередь, Совет АП г. Москвы принял во внимание доводы адвоката К. о его профессиональной занятости 12 мая и о надлежащем уведомлении суда об этом с одновременным заявлением ходатайства об отложении судебного заседания. Данные доводы не были опровергнуты судьей-заявителем и подтверждаются имеющимися в материалах дисциплинарного производства доказательствами: телеграммой от 11 мая, направленной адвокатом К. в адрес суда, а также фактом ее поступления в суд, который не отрицает и сам заявитель, уточнено в решении.

Совет палаты отметил, что дела, в которых 12 мая принимал участие адвокат К., зарегистрированы судом 28 апреля 2022 г., после назначения судебного заседания по рассмотрению уголовного дела в отношении Ка. Адвокат К. не мог и не должен был предполагать, что принятие им поручения на защиту одного доверителя будет препятствовать исполнению ранее принятого поручения по осуществлению защиты другого доверителя, указано в решении.

Рассматривая довод обращения о том, что адвокат К. не уведомил о своей неявке защитника по назначению – адвоката И., Совет подчеркнул, что И. таких дисциплинарных обвинений в адрес адвоката К. не выдвигает. В решении указано, что из протокола судебного заседания не усматривается, что адвокат И. заявлял суду о нарушении его прав тем, что адвокат К. не уведомил его о невозможности своей явки в судебное заседание. Если адвокат И. посчитает, что его права были нарушены действиями адвоката К., он может самостоятельно обратиться с соответствующей жалобой.

При этом Совет обратил внимание заявителя, а также адвокатов И. и К. на то обстоятельство, что уголовно-процессуальным законодательством не предусмотрено одновременное участие в защите одного лица защитников по соглашению и по назначению, а решениями органов адвокатского самоуправления, принятыми в пределах их компетенции и опубликованными для всеобщего сведения, запрещены «двойная защита» и исполнение адвокатами – защитниками по назначению функций защитника-дублера.

Сама по себе неявка адвоката в судебное заседание ввиду его профессиональной занятости не может являться доказательством отказа от защиты, разъяснил Совет АП. При этом было подчеркнуто: сведений о том, что адвокат К. после 12 мая перестал осуществлять защиту Ка. по уголовному делу, в материалах дисциплинарного производства не содержится, жалоб на качество оказываемой адвокатом К. юридической помощи от самого Ка., являющегося ее получателем, в АП г. Москвы не поступало.

При таких обстоятельствах Совет АП г. Москвы, соглашаясь с Квалифкомиссией, признал презумпцию добросовестности адвоката К. неопровергнутой, а дисциплинарное производство – подлежащим прекращению.

Адвокаты поддержали выводы Совета АП г. Москвы

Адвокат АП Республики Карелия Николай Флеганов
считает, что рассматриваемое решение крайне важно для дисциплинарной практики в целом, поскольку подобные вопросы нередко возникают в ходе рассмотрения уголовных дел в суде. «До принятия обсуждаемого решения такие вопросы при осуществлении защиты могли бы порождать некие споры и правовую неопределенность. Теперь же в дисциплинарной практике есть некий эталон, который любой адвокат может изучить и исходить из изложенных в нем обстоятельств», – полагает он.

По его мнению, важной частью решения является принципиальная позиция Совета АП г. Москвы относительно презумпции добросовестности адвоката. Николай Флеганов полностью поддерживает вывод о том, что сама по себе неявка адвоката в судебное заседание (а равно на мероприятия в рамках предварительного расследования) не может быть трактована как отказ от защиты. «Совет АП г. Москвы, занимая принципиальную позицию при рассмотрении дисциплинарного производства, во вполне конкретной форме указал автору дисциплинарного обвинения на отсутствие допустимого повода для обращения с представлением на действия адвоката. Представляется, что решение является позитивной и прогрессивной тенденцией в дисциплинарной практике», – полагает адвокат.

Вице-президент АП Ставропольского края Никита Трубецкой
отметил, что обращения судов о неявках защитников в судебное заседание без уважительной причины либо о ненадлежащем уведомлении суда о невозможности своей явки составляют значительную долю претензий к адвокатам, рассматриваемых в рамках дисциплинарного производства. «Это объяснимо, поскольку, в случае если адвокат-защитник не пришел на слушание и не принял меры для надлежащего и своевременного уведомления, суду приходится принимать необходимые меры для обеспечения обвиняемого, подсудимого, осужденного юридической помощью. Это приводит к отложению судебных заседаний, необоснованному затягиванию сроков судопроизводства, нарушению прав и законных интересов его участников», – пояснил адвокат.

Вместе с тем Никита Трубецкой обратил внимание, что существенная часть обращений судей не обоснована в должной мере, что становится очевидным в рамках дисциплинарного рассмотрения после предоставления адвокатом доказательств, объективно и достоверно свидетельствующих о надлежащем исполнении своих обязанностей как участника судопроизводства, как и в данном случае.

Никита Трубецкой считает, что Совет АП г. Москвы справедливо указал, что неуведомление адвокатом своего коллеги о невозможности явки в судебное заседание может рассматриваться в качестве дисциплинарного проступка только при поступлении соответствующей жалобы от "пострадавшего" адвоката. «Ситуация одновременного участия приглашенного и назначенного защитников хоть очевидно и противоречит смыслу закона (ведь защитник назначается лишь в случае невозможности приглашения адвоката на основе соглашения), но иногда устраивает все заинтересованные стороны. Так, для суда это "страховка" на случай неявки приглашенного адвоката, для подсудимого – наличие еще одного защитника, оплата которого субсидируется государством и для приглашенного защитника оставляет пространство для маневра в случае одновременной занятости в разных делах, а назначенному адвокату гарантируется вознаграждение за счет средств бюджета», – прокомментировал он.

Эксперт добавил, что правило о недопустимости «двойной защиты» предполагает конфликт, поскольку обязанность адвоката-дублера устраниться из процесса возникает лишь после заявления доверителем отказа от его помощи. Единое мнение адвокатского сообщества о допустимости совместного участия назначенного и приглашенного защитников без признаков конфликта (т.е. с согласия доверителя) пока не сформировано, в то время как такая практика получила широкое распространение, заметил он. «На мой взгляд, напоминание со стороны Совета АП г. Москвы в комментируемом решении о процессуальной неоднозначности одновременного участия приглашенного и назначенного адвокатов не только уместно с учетом предмета рассмотрения (одна из претензий к адвокату состояла в том числе в неуведомлении защитника-дублера, легитимность участия которого в судопроизводстве под вопросом), но и является хорошим поводом напомнить о наличии проблемы, требующей внимания», – заключил Никита Трубецкой.

Адвокат АК «СанктаЛекс» Павел Гейко также убежден, что поставленный вопрос об обязанности адвоката сообщить о невозможности по уважительным причинам прибыть в назначенное время для участия в судебном заседании другим адвокатам, участвующим в процессе, заслуживает внимания. «Требование исполнения от адвоката обязанности сообщать другим адвокатам, участвующим в процессе, о невозможности по уважительным причинам прибыть в назначенное время для участия в судебном заседании в случаях, когда участие других адвокатов не соответствует законодательству об адвокатуре, является избыточным и противоречит принципам законности», – считает Павел Гейко.

По мнению адвоката АП г. Санкт-Петербурга Константина Ерофеева, рассматриваемая ситуация двоякая. Он отметил, что в рамках решения не усматривается, что адвокат отказался от защиты подсудимого, тем более что это не подтвердил сам подсудимый. Кроме того, адвокат заблаговременно обратился в суд с заявлением о невозможности участвовать в судебном заседании.

Константин Ерофеев подчеркнул, что суды несвоевременно отражают изменение данных о конкретном судебном процессе в электронном виде, что препятствует гражданам участвовать в судебных заседаниях. «С другой стороны, проблема существует. Не столь часто, но раз в год точно у меня накладываются судебные заседания, заранее назначенные на одно и то же время. Иногда приходилось заблаговременно приезжать в суд, объяснять ситуацию, стараться что-то изменить, а порой приходилось просто отказываться от выгодного предложения, если по поводу даты и времени уже была договоренность с предыдущим доверителем. Здесь адвокат сам и своими силами должен разрешить ситуацию. Он должен так спланировать свой график, чтобы защитить интересы доверителей и не создать проблемы в суде», – поделился адвокат.

Метки записи:   ,

Оставить комментарий

avatar
  
smilegrinwinkmrgreenneutraltwistedarrowshockunamusedcooleviloopsrazzrollcryeeklolmadsadexclamationquestionideahmmbegwhewchucklesillyenvyshutmouth
  Подписаться  
Уведомление о