Вопросы юристу


КС защитил жилищные права детей, родившихся после гибели их отцов-военнослужащих

Суд признал неконституционной норму о предоставлении жилищных гарантий членам семьи покойного военного исходя сугубо из состава семьи на дату его гибели, без учета ребенка, родившегося после этого

КС защитил жилищные права детей, родившихся после гибели их отцов-военнослужащих

По мнению одного из экспертов «АГ», Конституционный Суд вынес очень важное решение с большими перспективами развития права, защитив социальные права и гарантии будущих членов семьи военнослужащего – детей, которые не успели появиться на свет при жизни своих отцов. Другой отметил, что постановление КС РФ позволяет военнослужащим быть более уверенными в социальной обеспеченности своих близких и демонстрирует стремление государства к созданию человеческих условий для жизни детей и их родителей.

Конституционный Суд вынес Постановление № 52-П по делу о проверке конституционности п. 1.1 ст. 15.1 Закона о статусе военнослужащих, согласно которой при предоставлении жилого помещения членам семьи погибшего (умершего) военнослужащего размер общей площади такого помещения определяется исходя из состава семьи военнослужащего на дату его гибели (смерти). Поводом для этого послужил запрос окружного военного суда, в производстве которого находился соответствующий спор.

В сентябре 2020 г. Гуландома Курбонова родила дочь Нишану спустя несколько месяцев после гибели ее супруга-военнослужащего в связи с исполнением им обязанностей военной службы. Сначала Восточное региональное управление жилищного обеспечения Министерства обороны России внесло данные новорожденной девочки в состав семьи для обеспечения жильем по договору социального найма, однако в дальнейшем ведомство отменило свое решение под предлогом того, что ребенок не относится к членам семьи покойного военнослужащего.

В январе 2021 г. семья Курбоновых была снята с учета как нуждающаяся в жилье, предоставляемом для постоянного проживания, в связи с получением субсидии для приобретения или строительства объекта недвижимости. Далее вдова военного обратилась в суд с административным иском о признании незаконными решений должностных лиц вышеуказанного ведомства о снятии ее с учета лиц, нуждающихся в жилых помещениях, и об исключении ее дочери из состава семьи.

В ходе судебного разбирательства суд в порядке процессуального правопреемства заменил ответчиков на Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса) Минобороны и его филиал «Восточный». Первая инстанция удовлетворила требования истицы, обязав ответчиков восстановить ее и членов ее семьи в списках нуждающихся в жилье, предоставляемого для постоянного проживания, и обеспечить ей доплату жилищной субсидии исходя из состава семьи, включающего Нишану Курбонову.

Один из административных ответчиков обжаловал решение суда со ссылкой на ст. 15.1 Закона о статусе военнослужащих. Придя к выводу о том, что в этой норме права имеется неопределенность, 1-й Восточный окружной военный суд приостановил производство по делу и обратился в Конституционный Суд с запросом о проверке конституционности законоположения. По мнению заявителя, спорная норма противоречит Конституции, поскольку допускает необоснованную дифференциацию правового регулирования, выражающуюся в предоставлении права на жилище детям военнослужащего, родившимся к моменту его гибели (смерти), при отсутствии этого права у детей военнослужащего, родившихся после этого, что приводит к различиям в правах граждан.

Изучив материалы дела, Конституционный Суд напомнил, что военная служба осуществляется в публичных интересах, а лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции, подвергаясь риску при их выполнении. Следовательно, законодатель предусматривает социальные гарантии и для членов их семей, которые, пребывая с военнослужащими в личных, брачных или родственных отношениях, разделяют с ними ограничения и трудности, связанные с прохождением военной службы. Речь, в частности, идет и о возможности сохранения для их семей права на жилищное обеспечение и после смерти военнослужащего.

Проанализировав нормы Закона о статусе военнослужащих, КС отметил: изначально предполагалось, что на день смерти военнослужащего происходит оценка жилищных прав, сформировавшихся к этому моменту как у членов его семьи, так и у него самого. Однако на практике это положение стало пониматься так, что на момент смерти определяется именно состав семьи военнослужащего, сохраняющей право на жилищное обеспечение, а значит, отсутствует возможность включить в число членов семьи военного того ребенка, который родился после его смерти и в отношении которого отцовство устанавливается по правилу п. 2 ст. 48 Семейного кодекса РФ: при рождении ребенка в течение 300 дней с момента смерти супруга его матери отцом ребенка признается умерший, если не доказано иное. «Между тем действующее законодательство защищает интересы таких детей. Например, в рамках институтов возмещения вреда и наследования обеспечиваются права детей, в том числе родившихся после смерти кормильца или после смерти наследодателя (ст. 1088, 1116, 1163 и 1166 ГК РФ). Социальное законодательство также предусматривает меры по защите интересов детей, родившихся после смерти отца», – подчеркнул Суд.

Таким образом, заключил КС, в российском законодательстве сформировался общий подход, в силу которого детям, родившимся после смерти отца, гарантируются защита их имущественных интересов и социальная защита наравне с детьми, рожденными на момент гибели (смерти) отца. В то же время, как отметил Суд, спорная норма в контексте правоприменительной практики исключает детей военнослужащего, рожденных после его смерти, из числа членов его семьи, имеющих право на получение предусмотренных законом гарантий жилищного обеспечения, несмотря на то, что их отцом согласно семейному законодательству признается умерший. «Потому возможна ситуация, когда дети, являясь членами одной семьи, ставятся в разное положение в зависимости от даты своего рождения, и те из них, кто рожден после смерти отца, не учитываются в целях определения состава семьи, что оказывает непосредственное влияние на размер предоставляемого жилого помещения или жилищной субсидии, единовременной денежной выплаты на приобретение или строительство жилого помещения», – резюмировал КС.

Тем самым, счел Суд, учет количества членов семьи умершего военнослужащего на момент его смерти фактически ведет к тому, что его семье, состав которой может измениться к моменту осуществления жилищных прав, будет предоставлено жилье в размере, который вопреки требованиям закона не гарантирует надлежащих условий проживания. То есть не только несовершеннолетние дети ставятся в разное положение в зависимости от того, были они рождены до смерти отца или после, но и сама семья военного в случае наличия в ней ребенка, рожденного после его смерти, оказывается в худшем положении по сравнению с семьями, в которых все дети рождены до смерти отца, проходившего военную службу.

Таким образом, КС признал оспариваемую норму не соответствующей Конституции РФ в той мере, в какой она предполагает определение размера общей площади жилья, предоставляемого членам семьи умершего военнослужащего, исходя из состава семьи на дату его смерти, и не предусматривает тем самым возможности учесть для целей определения норматива общей площади того ребенка, который родился после смерти военнослужащего. В связи с этим Суд рекомендовал внести необходимые корректировки в текущее законодательство.

Адвокат АП г. Москвы Ольга Морозова указала, что Конституционный Суд встал на защиту всех членов семьи погибших при исполнении военнослужащих, имеющих право на жилищное обеспечение, четко и принципиально обозначив свою правовую позицию, которой должны руководствоваться все правоприменители. «Более того, из постановления Суда следует, что искусственное разделение социальных (жилищных) прав детей военнослужащих по датам рождения изначально не предполагалось обжалованной нормой, что несомненно дает возможность пересмотра всех решений, принятых на основании оспариваемой нормы, отличной от толкования Конституционным Судом», – подчеркнула она.

По словам эксперта, в случае смерти при исполнении воинского долга нет бывших: гражданин погиб военнослужащим, и все его дети – дети военнослужащего независимо от дат рождения. «Однако из-за некорректной формулировки закона, правоприменение отошло от абсолютно очевидной действительности. КС вынужден был указать, что для реализации жилищных и иных прав статус члена семьи военнослужащего распространяется на детей, рожденных после смерти (гибели) военнослужащего. Конечно, в комментируемом постановлении КС РФ не идет речь о правах эмбриона человека. Но нельзя не заметить, что Суд вынес очень важное решение с большими перспективами развития права. В некотором смысле мы вплотную приблизились к законодательному закреплению социальных прав и гарантий будущих членов семьи военнослужащего – детей, которые не успели появиться на свет при жизни своих отцов», – заключила Ольга Морозова.

Юрист правозащитной организации «Солдатские матери Санкт-Петербурга» Александр Горбачёв отметил, что проблема жилья военнослужащих на протяжении многих лет является предметом пристального внимания высших судов РФ. «Даже несмотря на то, что за последние десятилетия ситуация с жильем военнослужащих стала значительно лучше, проблемы, связанные с его получением, до сих пор полностью не решены, и принятое Конституционным Судом постановление призвано разрешить одну из них», – считает он.

По словам эксперта, в рассматриваемом деле, основываясь как на межотраслевой практике, так и на сути права на жилье, Суд признал право детей, родившихся после смерти отца, на жилье. При этом четко была сформулирована позиция, которая может быть применена к любой социальной группе или схожим правоотношениям, о том, что детям, родившимся после смерти отца, гарантируются защита их имущественных интересов и социальная защита наравне с детьми, рожденными на момент гибели (смерти) отца. 

«Признав спорную норму противоречащей Конституции, суд указал, что в данном случае ущемляется право еще не родившегося ребенка в сравнении с другими детьми, по дате рождения, т.е. по обстоятельствам, независящим от воли самого человека. При этом если бы в данном случае применялась формальная трактовка закона, то после рождения ребенка семья вновь могла бы стать нуждающейся в улучшении жилищных условий, что значительно снизило бы социальный эффект от предоставленного государством жилья. Данное постановление КС РФ позволяет военнослужащим быть более уверенными в социальной обеспеченности своих близких и демонстрирует стремление государства к созданию человеческих условий для жизни детей и их родителей», – резюмировал Александр Горбачёв.

Метки записи:  

Оставить комментарий

avatar
  
smilegrinwinkmrgreenneutraltwistedarrowshockunamusedcooleviloopsrazzrollcryeeklolmadsadexclamationquestionideahmmbegwhewchucklesillyenvyshutmouth
  Подписаться  
Уведомление о